• ,
    Лента новостей
    Опрос на портале
    Облако тегов
    crop circles (круги на полях) ufo «соотнесенные состояния» АЛЬТЕРНАТИВНАЯ ИСТОРИЯ Альтеверс Альтерверс Альтернативная медицина Англия и Ватикан Атомная энергия Борьба с ИГИЛ Брайс Де Витт ВОВ Великая Отечественная война Военная авиация Вооружение России ГМО Газпром. Прибалтика. Геополитика Гравитационные волны Дизельпанк Ельцин Жизнь с точки зрения науки Информационные войны Историческая миссия России История История оружия Источники энергии Космология Крым Культура. Археология. МН -17 Малороссия Мегалиты Металлы и минералы Мировые финансы Мозг Народная медицина Наука Наука и религия Научная открытия Научные открытия Нибиру Новороссия Опозиция Оппозиция Оружие России Песни нашего века Подлинная история России Политология Природные катастрофы Пространство и Время Раздел Европы Роль России в мире Романовы Российская экономика Россия Россия и Запад СССР США Сирия Сирия. Курды. Старообрядчество Творчество наших читателей Украина Украина - Россия Украина и ЕС Хью Эверетт Церковь и Власть Человек Экономика России Энергоблокада Крыма Юго-восток Украины безопасность босса-нова грядущая война для души информационная безопасность исламизм историософия исторические аборигены история Санкт-Петербурга литература мгновенное перемещение в пространстве многомирие музыка нло нло (ufo) общественное сознание попаданцы приключения саксофон современная литература социальная фантастика фантастика фантастическая литература физика философия христианство черный рыцарь юмор
    Сейчас на сайте
    Шаблоны для DLEторрентом
    Всего на сайте: 77
    Пользователей: 0
    Гостей: 77
    Архив новостей
    «    Январь 2022    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
    3456789
    10111213141516
    17181920212223
    24252627282930
    31 
    Январь 2022 (879)
    Декабрь 2021 (1242)
    Ноябрь 2021 (1379)
    Октябрь 2021 (1470)
    Сентябрь 2021 (1430)
    Август 2021 (1394)
    Погода
    Михаил Михеев: Солдаты погибшей империи

     Михаил Михеев

    Солдаты погибшей империи

    Танцы с бубном на столах.

    Всё, что нам ещё осталось —

    Перевернутая радость,

    Пыль на каменных ногах.

    Тянет в новые места.

    Разгони свою усталость.

    Наступающая старость

    Крутит пальцем у виска.

    Эх, лихие поезда.

    Необитые пороги.

    Эти каменные доки —

    Путь к закрытым городам!

    Виталий Черножуков
    Добро всегда победит зло,

    А затем поставит его на колени

    И жестоко убьет.

    Народная мудрость

    Город был самым обычным, Влад за последнее время повидал их штук пять, и все они подходили под определение «город типовой послевоенного образца». По сути, разросшаяся до безобразия деревня, основанная беженцами из сгоревшего в ядерном огне Старого Города. Если верить сохранившимся с довоенных времен книгам, крупных городов в стране было немало. Соответственно, и беженцев хватало. Ну а дальше все просто — находилось какое-то более-менее удобное место, чаще всего в дачных массивах. Там изначально закладывались относительно ровные улицы… Именно поэтому центр новых поселений практически всегда имел намек на планировку, ну а дальше все расползалось вкривь и вкось. Людям тогда было не до правил.

    Старые Васюки в этом плане не были исключением. Ратуша (точнее, церковь, но во многих городах прижилась мода на готический стиль и в названии, и в архитектуре, поэтому здесь — ратуша, на болоте поставленная, такие уж угодья в старые времена отводились под дачи), напротив мэрия, а между ними площадь, сейчас довольно многолюдная. Ярмарочный день, ничего удивительного. Ну а вокруг раскисшие после дождя улицы, сходящиеся, расходящиеся и переплетающиеся под немыслимыми углами и больше всего напоминающие бьющегося в падучей осьминога. Бардак, в общем.

    Подумав об этом, Влад поморщился. Выросший в Цитадели Ордена, он привык к ровным, прямым улицам, качественно отсыпанным гравием, а кое-где и асфальтированным. Технология производства асфальта утеряна не была, но до недавнего времени сырье оставалось в жутком дефиците. Впрочем, недавно разведчики Ордена нашли где-то на востоке неплохое месторождение, так что скоро послушникам, в наказание за мелкие провинности занимающимся выравниванием дорог, предстояло освоить новые профессии. А куда деваться? Асфальт-то класть все равно кто-то должен.

    Но то дома, здесь же грязь, выбоины… Разве что площадь вымощена брусчаткой, причем старинной, фигурной. Видать, нашли какой-то довоенный склад и разграбили его подчистую — вряд ли у кого-то нашлись бы силы и время специально заниматься ее производством. Скорее уж приволокли бы досок и соорудили деревянные тротуары, как на центральных улицах. Учитывая, сколько леса наросло после того, как популяция человека и, соответственно, его вмешательство в окружающую среду резко сократились, дерево стало наиболее доступным и дешевым материалом.

    Но все это было маловажным. Влад прошелся вдоль рядов, заваленных всем подряд безо всякого намека на систему. Горшки продавались рядом с овощами, корзинщик толкался плечами с мясником… Разве что кузнецы держались чуть наособицу. Хорошо еще, Владу ничего не требовалось покупать. Но заехать в город и не пройтись по рынку — это, как говорил его учитель математики, нонсенс. Именно так и говорил, наставительно тряся протезом, заменявшим ему кисть левой руки. Из-за этого увечья он в свое время и оставил стезю рыцаря-разведчика, переквалифицировавшись в рыцари-наставники. Хотя, стоит отметить, мечом старый воин по-прежнему владел отменно и никогда не отказывался дать пару-тройку весьма болезненных уроков кое-кому помоложе.

    Вспомнив наставника, Влад тяжело вздохнул. При всей своей готовности выпороть нерадивого ученика хорошенько вымоченными в рассоле березовыми розгами, вне занятий он был совсем другим человеком. И, несмотря на ворчание жены, в его доме дверь послушникам открыта была в любое время дня и ночи. Но — увы, наставник в Цитадели, а он, Влад, здесь, и у него задание, которое необходимо выполнить. Пусть даже не очень важное это задание.

    — Что грустишь? — раздалось за спиной. Влад повернул голову, чтобы рассмотреть говорившего. В принципе, засек он его уже давно, но так как тот не приближался ближе метра, не заострял на нем пока своего внимания. Много их вокруг, людей, которые один раз мелькнут в поле зрения и которых он, Влад, больше в жизни не увидит. Но раз уж решил заговорить…

    — Что надо?

    Это было вежливо. Он не кто-нибудь, а оруженосец Ордена, и пейзане ему не ровня. Так заведено — и не стоит прерывать традицию. Хотя бы потому, что нарушение многими десятилетиями создававшегося порядка вещей чревато осложнениями в будущем. Воину свое, монаху свое, а крестьянину, соответственно, его, крестьянское. Так завещали предки.

    Нежданный собеседник не удивился и не обиделся. Тоже понимал расклады. Вид у него был… интересный. Домотканые штаны самого затрапезного вида. Камуфляжная куртка, на вид почти новая — видимо, с какого-то чудом сохранившегося в Огненную войну склада. Сапоги… Хорошие сапоги. Новенькие и явно сшитые на заказ. Дорогое удовольствие. Склонив голову вежливо, но без подобострастия, он поинтересовался:

    — Девочки? Мальчики? Порошок?

    — Не нуждаюсь. Брысь.

    — Как изволите, господин. Может, тогда…

    Влад усмехнулся. Кто другой не увидел бы, как со спины подкрадывается мальчишка лет десяти-двенадцати. Влад, собственно, тоже не увидел, но — почувствовал. Как-никак он не кто-нибудь, а выпускник училища Ордена, а там готовили не на простого обывателя.

    Примитивно. Сутенер отвлекает внимание, парнишка режет кошелек. При должном навыке сработает, но опять же — не против Влада. Не такому щенку с ним тягаться — поймает. Нельзя спускать хамство. С другой стороны, калечить мальчишку жалко, а иной вариант не пройдет — за воровство тут положено сорок плетей, не каждый взрослый выживет. Впрочем, есть варианты.

    — Убери пацана.

    — Какого…

    — Ты знаешь.

    Сутенер поморщился, дернул подбородком. Мальчишку как ветром сдуло. Новый взгляд камуфлированного был уже внимательнее.

    — Чего… изволите?

    — Изволю тебя не видеть.

    Сутенер вздохнул и исчез, как сквозь землю провалился. Хрен бы с ним, Влад резко повернулся на каблуках. От резкого движения тяжелый черный плащ на плечах развернулся на миг, подобно крыльям гронта [Гронт — гигантский орел-мутант, появившийся после Огненной войны. Редкий, но не стремящийся к вымиранию хищник. // условное «плохо» — незачёт, крыса, белка; // условное «удовлетворительно» — черепаха, заяц, пёс; // условное «хорошо» — лиса, тигр, дракон. // Самое лучшее, соответственно, — дракон. Но все отметки от лисы до дракона допустимы для отличника. Условный середнячок колеблется от зайца к лисе, троечник — от зайца до белки. Крыса — пересдача, незачёт — студент остаётся на следующий год. Больше 3 незачётов — исключение (прим. автора).], и вновь осел почти до земли, скрывая фигуру. На миг парню стало смешно. Практически во всех городах, куда его заносила судьба в этой поездке, находился такой вот деятель, желающий предложить что-то не вполне законное, ограбить или же, как сейчас, то и другое вместе. До того, как он попал в Орден, помнится, все было несколько иначе.

    Прогуливаясь по рынку и прислушиваясь к бодрым воплям торговцев, он на миг вообразил, что попал в прошлое. Туда, где был такой же, разве что немногим больший, город и он с пацанами бежал по рынку в надежде хоть что-то стибрить. Потому что иначе придется лечь спать голодным. Веселое время. Проклятое время!

    Тряхнув головой, чтобы отогнать воспоминания, Влад решительно подошел к торговке, купил еще теплый пирожок с зайчатиной (свежая, только вчера мяукала, как не преминул бы съязвить друг Севка, погибший в том году) и с наслаждением в него вгрызся. Желудок, пустой с утра, довольно заурчал. Еще чуть подумав, купил огромную кружку холодного, только со льда, клюквенного морса. Квас или пиво подошли бы не хуже — на улице не то чтобы жара, но после дождя парило так, что дышать тяжко. Вот только сомневался Влад в качестве местных напитков. Не без основания, кстати. Знал не понаслышке, как и из чего их варят. Нет уж, нет уж, не надо такого добра — на горшке помрешь. Любимого же Владом зеленого чая здесь днем с огнем не сыщешь, и морс в данной ситуации выглядел приемлемой альтернативой.

    Жуя на ходу и прихлебывая напиток из большой грубой кружки (одноразовая дешевка, цена входит в стоимость содержимого), Влад неспешно продолжил движение. До ночи еще далеко, но выезжать нет смысла — до ближайшей деревни, в которой можно переночевать, все равно не успеешь. Ночевка в лесу его не прельщала, сидеть в гостинице скучно, в такой ситуации прогулка — не худший вариант. Книжку полистать было бы еще интереснее, но, увы, в этой дыре не было не то что библиотеки, а даже примитивной книжной лавки. Вот и шел он, привычно контролируя пространство вокруг, умело, словно мылом смазанный, просачиваясь между людьми, ухитряясь никого не задеть. Впрочем, не так и много людей попадалось на пути, даже удивительно…

    Причину он понял шагов через сто, когда буквально уперся носом в спины небольшой, но плотной толпы. Ростом Влад, конечно, удался, все же хорошее питание и тренировки давали о себе знать, однако же и людей, ничуть ему не уступавших и даже более высоких, тоже хватало. Любопытство — бич любой молодежи — не дало пройти мимо, а потому Влад недолго думая тряхнул за плечо ближайшего мужчину необъятных габаритов и поинтересовался, что здесь творится. Мужик, судя по одежде, из зажиточных селян, оказался словоохотлив, и уже через минуту Влад был в курсе царящего здесь возбуждения.

    Обыденная, в общем-то, ситуация — разбойников продают. Взяли недавно крупную шайку, добавили к ней сидевших в местной тюрьме воришек, мошенников, должников и прочий шебутной люд, да и вывели их на рынок. Продавать. А что? Физически крепкие, здоровые мужики, грешно такими разбрасываться. Пускай свое антисоциальное поведение отрабатывают — на полях лишние руки всегда нужны. Такое вот современное рабство, ничего особенного. Общепринятая практика, Влад подобное видел не раз.

    Потом еще ведьму сожгут — вон, ее уже к столбу тащат. Совсем молодая девчонка. Пожалуй, даже младше Влада. Одежда рваная, но не бедная — видать, не из захудалого рода. Может быть, даже из дворян. Тут дела церковные, в них чужим лезть не стоит. Интересно, что она натворила? Колдовство, а больше никто ничего не знает? Логично, в общем-то, зачем людям нюансы. Решили сжечь — значит, сожгут. А народ посмотрит и порадуется.

    Ну да, кто бы сомневался. Церковь не любит конкурентов. Она и Орден-то терпит лишь потому, что, во-первых, у них достаточно общих врагов, против которых заклятым друзьям частенько приходится вставать плечом к плечу. Ну и, во-вторых, Орден — вторая по мощи организация на исследованной части континента.

    Церковь сильнее — после Огненной войны ее иерархи подсуетились, загребли все, до чего смогли дотянуться, и подмяли конкурентов. Вот только Орден пускай и слабей, но далеко не в разы. Вероятность победы Церкви в случае открытого конфликта аналитики обеих организаций оценивали примерно в восемьдесят-девяносто процентов. В зависимости от конкретной ситуации. Оставшиеся проценты на то, что тактики Ордена все же посильнее, чем у Церкви.

    Как бы ни повернулось дело, потери будут огромны. А это — потеря сил и влияния. Нет, Церкви большая война была совершенно невыгодна, Ордену — тоже, и потому они сохраняли по отношению друг к другу вежливый, но вооруженный до зубов нейтралитет.

    Совсем иное дело — те, за кем не стоит мощь Ордена или еще какой-то уважаемой и влиятельной организации. После Огненной войны дети, отличающиеся от прочих, рождаются не то чтобы часто, но все же достаточно регулярно. Среди них бывают уроды — таких церковники, в зависимости от ситуации, могут объявить угодными Богу, а могут и ликвидировать. Чаще всего топят, словно котят — дешево и сердито. Впрочем, для тех детей это, может статься, и лучше. Во всяком случае, не хотел бы Влад жить без рук-ног или, к примеру, слепым. Или с полностью атрофированными мышцами… Да и вообще, уродств хватает — пускай радиационный фон после Огненной войны оказался на удивление невелик, но и то, что было, здоровья людям не прибавило. В общем, Церковь здесь была в своем праве — породу надо сохранять, а не то и вымереть недолго.

    Но были и те, у кого выявлялись необычные и порой довольно интересные способности. Левитация (очень редко), телекинез, умение зажечь на расстоянии либо прикосновением огонь… Как это называется, Влад не помнил, вылетело слово из головы.

    Впрочем, спектр человеческих талантов был куда шире. А Церковь старалась их отслеживать, деликатно изымая носителей. Может, и правильно — тот же телекинез давал немалые преимущества, скажем, вору или наемному убийце, а пироман, обладающий соответствующими способностями, вообще мог сжечь походя город, благо дома строились в основном из дерева и горели весело.

    Но, увы, очень многое решал случай. Если способности удавалось обнаружить своевременно, когда носитель пребывал еще в юном возрасте, то Церковь, изъяв его, воспитывала человека в духе своей организации. Такой талант — это ценный ресурс.

    Иное дело, когда обнаружить его удавалось поздно. Взрослого человека не так просто перевоспитать, поэтому, если он не представлял особой ценности, ликвидировать его могло быть выгоднее, чем возиться. Особенно если имеешь дело с женщиной — к ним Церковь относилась чрезмерно настороженно. Плюс шоу для простого люда — они тоже нужны. И шли те, кого объявили колдунами и ведьмами, на костер. Сейчас, похоже, был именно этот случай.

    Влада предстоящее действо не то чтобы коробило, но и тяги к нему он не испытывал. Достаточно смертей видел в своей жизни, чтобы без нужды любоваться еще одной. Но уйти он уже не успевал — сзади подпирали опоздавшие, а разбойников продали на удивление быстро. Даже аукциона не получилось — какой-то пузан взял всех, скопом. Их тут же сковали одной длинной цепью и погнали куда-то в сторону полей. И тут же перешли к главному событию, этакой кульминации праздника — сожжению ведьмы.

    На помост рядом с обложенным хворостом столбом выскочил какой-то шустрик в цивильной одежде. Как пояснил все тот же мужик, что просвещал путешественника о нюансах местной торговой политики, шестерка из мэрии. В короткой, но до безобразия пафосной речи он довел до сведения собравшихся, что злокозненная ведьма наводила порчу на соседскую живность, отравила землю, от чего урожай вышел едва треть от обычного, ну и еще кучу прегрешений совершила. На взгляд циничного и образованного Влада, это звучало как бред и рассчитывалось исключительно на селян, умевших в лучшем случае читать, писать и считать. И, разумеется, не слишком увлекающихся этими занятиями. Скотина мерла, мрет и умирать будет от вполне естественных условий. Чаще всего от неправильного ухода. Хлеб не уродился — так засушливый июнь и настоящий потоп в июле. Остальные претензии из той же оперы. В общем, девчонку надо было обвинить — и ее обвинили, а в чем и как — уже дело сотое.

    Закончив читать обвинения, чиновник выдал дежурную фразу о том, что не согласный с приговором может выйти на божий суд. Если победит, обвинения в колдовстве снимаются, и ведьма становится собственностью героя. Учитывая, что герой может оказаться гориллой, непонятно чем озабоченной, то неизвестно еще, что хуже. Если же проиграет — сам пойдет на костер вместе с ней. Представитель обвинения, призванный, случись нужда, подтвердить его справедливость, возвышался тут же, рядом, и с одного взгляда становилось ясно — такого бугая завалить ой как сложно. В общем, стандартная процедура.

    Ведьма устало подняла голову, посмотрела на толпу и вновь опустила взгляд. Явно ни на что уже не надеялась. Влад поморщился. Паршивая ситуация, жалко девку. А с другой стороны, чем он рискует? Тот бычара, конечно, может напугать местных олухов, но против человека, имеющего выучку Ордена… Простите, это даже не смешно.

    Дома, конечно, не похвалят. Но и не осудят — в конце концов, рыцарский кодекс еще никто не отменял. Тем более задача, поставленная перед ним, под угрозой не окажется. Итак, ваше решение, оруженосец?

    Наверное, если бы на помосте был священник, Влад все же не стал бы дергаться. Связываться с попами себе дороже. Однако здесь и сейчас перед ним стоял мелкий чудик, а его послать куда подальше — это совсем иное дело. На оскорбление Церкви не тянет совершенно. А потому…

    — Ну, я готов вступиться! — крикнул он и принялся решительно пропихиваться через толпу.

    Вначале вокруг зло пыхтели, но затем, в ожидании интересного зрелища, напротив, стали расступаться, давая наглецу дорогу. Три секунды, и Влад прыжком взобрался на помост.

    — Где тот гоблин, которому я в глаз дать должен?

    — Кто ты, безумный?..

    — А тебе не все равно? — осадил чиновника Влад. — Кажется, представляться я не обязан.

    — Послушай…

    — Будем болтать или все же делом займемся? Лично я хочу закончить поскорее и идти спать.

    — Ну-ну, — чиновник, похоже, оправился от шока. — Будет тебе вечный сон!

    Когда противник двинулся к Владу, тому на миг стало не по себе. Все же на две головы выше ростом, в плечах шире вдвое, доспехи лязгают, а щит можно, наверное, использовать вместо садовой калитки. Меч тоже соответствующий. Ну что же, сейчас мы его удивим.

    Здоровяк даже не сообразил, что произошло. Влад рывком развязал удерживающую плащ шнуровку, а потом вдруг одним движением набросил этот здоровенный кусок ткани на меч и держащую его руку так, чтобы обмотать их. И резко дернул вниз…

    Противник отреагировал крайне предсказуемо. В попытке освободить оружие он дернул руку на себя и вверх. Получилось неплохо, все же силен он и впрямь был до нереальности. Только Влад не собирался с ним бороться. Вместо этого он, используя силу рывка, прыгнул вперед, оттолкнулся ногой от верхнего края щита и, оказавшись выше противника, обрушился на него, с чувством врезав тяжелыми подкованными сапогами аккурат в забрало. Тот, что характерно, совершенно не ожидал атаки сверху, а потому, получив вдогонку мощный удар эфесом палаша по шлему, потерял равновесие. Тут же сверху на него всей массой навалился Влад, и оба они рухнули на гулко вздрогнувшие доски. Влад, более легкий и гибкий, оказался сверху, чем и воспользовался. Еще несколько ударов эфесом по многострадальному шлему для окончательной дезориентации врага, а потом кинжал входит в щель между пластинами доспехов и аккуратно, но чувствительно упирается в горло поверженного гиганта.

    — Сдаюсь, — прохрипел тот, моментально сообразив, что с ним случится, если Влад надавит чуть сильнее. Потому и дергаться не пытался, лежал себе и, судя по блеску глаз за опущенным забралом, люто ненавидел победителя.

    А забрало-то смято, поднять уже не получится. К жестянщику, мужик, к жестянщику. Влад даже посочувствовал… доспеху. А его хозяину стоило бы думать, с кем связываться.

    — Громче… Чтобы все слышали, — что священники, что чиновники народ ушлый, и Влад не собирался давать им ни одного лишнего шанса.

    — Сдаюсь, — на этот раз здоровяк рявкнул так, что помост содрогнулся. — Сдаюсь, и будь ты проклят.

    — Ну вот, давно бы так, — усмехнулся Влад, убирая кинжал и вставая. С точки зрения бойца Ордена, провозился он чертовски долго и малоэффективно. Убить противника было намного проще, но не хотелось искать лишние неприятности на свою голову. — Эй, кто там! Приведите ко мне мою собственность.

    Народ безмолвствовал. Похоже, никто из собравшихся не ожидал такого исхода Однако и протестовать ни один не собирался. Даже тот хлыщ из мэрии понимал, что публичное нарушение традиций чревато. Закон или обязателен для всех, или возомнивших себя над ним рано или поздно вздернут на столбах. После Огненной войны примеров хватало…

    Что же, мы не гордые. Влад решительно подошел к столбу, пинками раскидал хворост. Поцокал языком. Надо же, цепи не пожалели, обычно веревками ограничиваются. Хорошо еще, не заклепали, а просто навесили тяжеленный амбарный замок. С ним проще, благо учен на совесть.

    Пара движений кинжалом (опять точить придется, ну да это мелочь), и дужка замка, лязгнув, откинулась. Вот так, это до войны умели делать по-настоящему сложные запоры, а нынешние при маломальских навыках открываются гвоздем.

    Цепь слетает, и девчонка, разом обмякнув, падает на плечи спасителю. Черт, а увесистая, зар-раза! Влад аккуратно устроил ее поудобнее, для себя, естественно. Еще не хватало упасть и стать посмешищем. Одним движением подхватил с помоста свой плащ и прошел к лестнице мимо недавнего поединщика. Вокруг незадачливого громилы суетливо прыгал местный кузнец, пытаясь снять с его головы деформированный шлем. Увы, получалось не особенно успешно, измятый металл зажал череп на уровне носа и ушей и возвращаться в изначальную форму упорно не желал.

    Толпа расступилась, глядя на победителя с удивлением, но, в общем-то, без злобы. Да и с чего им злиться? Хотели одно зрелище, получили другое, не столь долгое и кровавое, зато эффектное. Хоть какое-то разнообразие, а то казни — они хоть и не частые, но как-то уже обыденные. Так что до гостиницы Влад добрался без проблем.

    — Хозяин! Хозяин, чтоб тебя!

    — Его нет, на рынок ушел, — высунулась из кухни жена владельца заведения, женщина средних лет, необъятных габаритов и спокойного добродушия. — Случилось чего?

    — Да вот, — Влад ткнул пальцем в девушку. — Подобрал геморрой на свою голову. Воды горячей бы — отмыть надо и посмотреть, все ли у нее целое.

    — Ага. Вы, мужчины, посмотрите…

    Влад оглянуться не успел, как девушку перехватили и деликатно отобрали. Кстати, держала ее хозяйка без видимых усилий.

    — Прохор! Прохор! Куда ты, старый черт, делся?

    — Здесь я, — в дверях появился крепкий пожилой мужик, служивший при гостинице, как уже знал Влад, истопником, сторожем и вообще мастером на все руки от скуки. — Чего надо?

    — Тащи горячую воду, мыло. Ну! Чего стал, не видишь, что творится?

    Старинная чугунная ванна, довоенный еще раритет, наполнена была минут за пять, не больше. За это время Влад успел рассказать о том, как ему достался сомнительный трофей, выслушал охи-вздохи, а заодно и пожелание быть осторожнее. Мэр у них тут мужик серьезный и не любит, когда заезжие молодцы лезут не в свое дело. Хотя, может, и обойдется — под настроение и не такое спустить может. Но лучше не светиться зря. И вообще, шел бы ты, парень, к себе, сейчас девку мыть будут, и неча глазеть!

    Упомянутая девка как раз пришла в себя и, сидя в уголке, непонимающе хлопала глазами. Под левым глазом расплывался шикарный свежий синяк. Пожалуй, таким фонарем дорогу можно освещать, и даже грязь на мордашке его не маскирует. Что же, стоит послушаться совета. Тем более, наблюдать за омовением никакого интереса — в детстве на речке насмотрелся, за что порот был нещадно.

    В следующий раз он увидел спасенную вечером, когда, откровенно говоря, и думать о ней забыл. К тому моменту он успел сходить в баню, поужинать, да еще и принять на грудь хорошенько. С кем? Да с хозяином гостиницы, а заодно и с кучей посетителей в ресторанчике. Положение обязывает — как-никак, он сегодня был героем дня. Даже мэр зашел, хлопнул заезжего молодца по плечу и посоветовал быть осторожней. Забравшую чрезмерный вес Церковь здесь, похоже, не слишком жаловали. И в результате выпить за ужином пришлось малость больше обычной нормы. Хорошо еще, пить в Ордене тоже учили, а потому до комнаты Влад добрался своим ходом.

    Свет горел, и это было неправильно. Влад хорошо помнил, что гасил лампу перед уходом. Вино еще колыхалось в голове, но рефлексы сработали, и оружие словно бы само по себе прыгнуло в руку. Дверь… Ее можно открыть без скрипа или медленно, буквально по миллиметру или рывком. Влад выбрал первый вариант…

    — Ты чего здесь делаешь?

    Откровенно говоря, он был раздосадован. Потерять кучу времени и нервов на то, чтобы лицезреть девчонку, появление которой на его пути грозило потенциальными неприятностями со стороны Церкви и гарантированным похмельем завтра поутру. Всего и разницы, что мордашка отмытая. Стоит признать, симпатичная мордашка, но в целом ничего особенного. Глаза и волосы темные, но не черные. Скорее, карие и темно-каштановые. Черты лица правильные, что называется, без особых примет. Если не считать синяка, конечно, успевшего поменять цвет с насыщенно-синего на желтоватый. Сидит в углу, смотрит испуганно.

    — Повторяю вопрос, ~ усилием воли загнав раздражение в глубину сознания, очень спокойным и ровным голосом сказал Влад. Впрочем, опьянение как-то резко ушло, а с ним на пару сбежало и раздражение, оставив после себя ощущение легкого неудобства. — Что ты здесь делаешь?.

    Гостья шмыгнула носом и промолчала. Влад пожал плечами.

    — Вон Бог, — он кивнул на иконы в углу, — а вон порог. Все, иди.

    — Куда?

    Ну, надо же, мы и говорить умеем. Влад пожал плечами.

    — Да мне, в общем-то, все равно. Предъявлять на тебя свои права я не собираюсь, натурой за помощь не беру. У тебя своя дорога, у меня своя. Все, разбегаемся.

    — Мне некуда идти.

    — А я при чем? — Влад поморщился. Вот уж действительно, мы в ответе за тех, кого приручаем, как говаривал его наставник. И даже если забыл об этом — приползут и напомнят. — От меня-то что надо?

    И тут она разрыдалась. Вот ведь… Женские слезы — оружие, против которого в Ордене бороться не учили. Как посмеивался наставник, сами научитесь с возрастом. Или — не научитесь. Весьма действенное оружие, и женщины, заразы, это хорошо понимают.

    — Хорошо, — вздохнул Влад. И какого черта он полез в это дело? Сейчас бы отдыхал перед завтрашней поездкой и плевать хотел на всех сирых да убогих. Тем более рыцарский кодекс проходит по разряду необязательных рекомендаций. — До утра можешь остаться. Но и только…

    Обстановка в комнате была спартанская, зато места хватало. Влад не настолько проникся человеколюбием, чтобы отдавать кому-то бедному-несчастному свою постель, однако на оплату второго тюфяка его все же хватило. Постелил незваной гостье в углу и сам брякнулся на койку. Спать хотелось просто зверски.

    Эта ночь выдалась беспокойной. Несмотря на хмель, спал он чутко, как собака. И этому учили, вдобавок присутствие чужого человека в комнате спокойствия не добавляло. Неудивительно, что утром Влад проснулся в отвратительном настроении, чувствуя себя полностью разбитым.

    Однако самочувствие — это важно, но задача, стоящая перед ним, куда важнее. Поэтому выпить полбанки рассола, благо с вечера озаботился запастись, а потом — комплекс упражнений. Когда Влад закончил разминаться, пот с него тек ручьем, и стало вроде бы полегче. Мышцы слегка ныли, но это ерунда. Главное, кровь быстрее побежала по жилам. Пара-тройка часов — и все, организм придет в норму, это Влад знал точно. И лишь потянувшись за полотенцем, он почувствовал, что за ним наблюдают.

    Это было высочайшим проявлением непрофессионализма. Забыть, что в комнате чужой человек. Точнее, не забыть, а перестать обращать на него внимание. Что же, оставалось сделать вид, что все так и задумывалось, нельзя показывать свою слабость другим. А вот с наставником по возвращении в Цитадель поговорить стоит, он плохого не посоветует.

    — Доброе утро, — буркнул он. — Как спалось?

    — Спасибо, хорошо, — хрипловато со сна ответила девушка и вдруг широко распахнула в удивлении глаза. — Ты — рыцарь Ордена?

    Влад скосил глаза вслед за ее взглядом. Досадливо поморщился — ну да, увидела на предплечье татуировку. Ее можно было на время сделать невидимой для чужого взгляда — если знать как, разумеется. Бывало, разведчики этим пользовались, хотя чаще люди, специально готовящиеся для нелегальной работы, попросту не набивали ее. Правилами Ордена подобное допускалось. Но Влад — не разведчик, у него другая специализация, да и ехал он вполне открыто, ни от кого не скрываясь. Другое дело, лишний раз светиться тоже не стоило, а он расслабился. Зря…

    — Пока не рыцарь. Оруженосец, — сухо ответил он.

    Ну да, откуда деревенской ведьме знать тонкости орденской геральдики. Они, конечно, не скрывались, но и не афишировались. Кому надо — поймет, а остальным и знать не стоит. Первую татуировку делают, когда послушник становится оруженосцем. Позже, когда он становится рыцарем, то вытатуированной летучей мыши добавят в лапы меч. А если повезет и он, заимев особые заслуги перед Орденом и пережив соответствующие им опасности, дорастет до магистра, вокруг нее добавится лавровый венок. Мечта любого члена Ордена, и Влад не был исключением.

    Трезво оценивая свои возможности, он понимал — шанс есть. И он приложит все усилия, чтобы ухватить его за хвост. Но до этого еще ой как далеко — в конце концов, магистров в совете всего десять, и умирают они не каждый день. Зато рыцарем он станет уже совсем скоро. Как только восемнадцать стукнет — так и станет, наставник сказал, дело уже решенное. Будет самым молодым рыцарем в Ордене, а это дорогого стоит.

    Оставив девушку в комнате, он бегом спустился во двор. Несмотря на раннее время, с улицы доносились голоса — простой народ встает рано. Зато здесь пока царили тишь да гладь да божья благодать. Только кухонный мальчишка лениво качал огромное коромысло ручного насоса — воду добывал. Вместо обычного колодца здесь была скважина, сохранившаяся, наверное, еще с довоенных времен. Вода шла ледяная и безумно вкусная…

    — Слышь, оголец, — Влад крутанул между пальцев медную монетку. — Польешь?

    — Ага, — мигом оживился пацан.

    — Ну, тогда лей.

    Поймав монетку и сунув ее за щеку (гигиена так и прет, но Влад когда-то сам был таким), парнишка ловко перекинул какой-то рычаг, от чего струя воды бодро побежала по другому желобу. Влад, не теряя даром времени, полез под рукотворный водопад и едва удержался от того, чтобы несолидно взвизгнуть. И впрямь холодно, но будущему рыцарю не пристало демонстрировать слабости.

    Когда он вернулся в комнату, гостья все еще сидела в углу и, кажется, даже не поменяла позы, но от острого взгляда Влада не укрылось, что она успела и умыться, и причесаться. Кстати, и одежда — вчера по пьяной лавочке Влад не обратил на это внимания — была совсем другой. Не той, в которой он притащил девушку с костра, а попроще, зато целая и чистая. И чуть-чуть великовата. Небось, какой-то из хозяйских дочерей — статью они явно пошли в мать. Черт, еще и за нее платить придется. Не то чтобы денег не было, но ведь жалко!

    А вот обуви нет. Когда девчонку хотели сжечь, она уже была босиком. Наверное, палач обувку содрал — чего добру пропадать. Тоже общепринятая, кстати, практика. Здесь же вряд ли что-то подобрали — не обувная лавка, чай. Ну, идеал недостижим. В крайнем случае купит — с парой монет, которые он отдаст девушке на дорогу, Влад уже смирился. Ничего страшного, когда его снаряжали, то предусматривалась возможность неизбежных в дороге случайностей. Как всегда в таких случаях, денег выдали с запасом, да и вооружили соответственно, а выучка и так при оруженосце. Лучшем на своем курсе, как не без гордости знал Влад.

    — Ну что, пошли завтракать, что ли, — вежливость, увы, в него тоже вбивали, причем весьма сурово. Для недавнего босяка с рынка тяжелая наука, к слову. — А потом у тебя своя дорога, у меня — своя.

    Девушка, не говоря ни слова, встала и двинулась к дверям. Влад, провожая ее взглядом, обратил внимание на ноги гостьи. Похоже, он был прав — не из бедного она рода. Конечно, длинный подол скрывал практически все, но от опытного взгляда не укрылась походка. Не привыкла она ходить босиком, такое от понимающего человека не скроешь. Впрочем, это уже маловажная подробность — максимум через час они разбегутся и никогда больше не увидятся. И слава Всевышнему, кстати, лишние приключения — они всегда лишние.

    Местный храм желудка, по сравнению с тем, что творилось здесь вечером, сейчас выглядел практически безлюдным. Разве что в углу не спеша, обстоятельно набивал желудок какой-то мужчина, судя по виду, обычный путешественник. Добротная немаркая одежда, обветренное лицо — таких можно встретить на любом тракте и в немалом количестве. Весь остальной зал оказался в распоряжении Влада, и он воспользовался моментом, выбирая место поудобнее. Спиной к стене, так, чтобы видеть весь зал и контролировать и окна, и входы, самому при этом оставаясь в тени. Это в него было вбито на уровне рефлексов.

    Завтрак принесла одна из хозяйских дочерей. Влад окинул ее взглядом — ну да, совсем еще сопля, но задатки будущих могучих габаритов уже видны. Впрочем, на качестве обслуживания это не сказалось — огромная яичница, тарелка овощей с мясом, в общем, как раз, чтобы не оголодать до вечера. В дороге случается всякое, бывает, что про обед приходится забыть, и живот набивать стоит с запасом.

    Так что плотный завтрак и кофе. Настоящий кофе! Интересно, кстати, откуда его привозят — в этих местах он не растет, поэтому далеко не везде его можно отведать. Особенно учитывая, что практически все торговые связи после Огненной войны рухнули и восстанавливались до сих пор, очень тяжело и крайне медленно. И это притом, что вновь исследованная область континента сократилась в разы. Но здесь и сейчас кофе подавали, и неплохой. Одно это обстоятельство практически примирило Влада с окружающей действительностью, и настроение его медленно, но верно начало выходить из минусовой зоны.

    Тем не менее кофе — напиток дорогой, и простые люди его не то чтобы не пьют — скорее, потребляют достаточно редко. Отношение к напитку соответствующее. Девушка же, как обратил внимание Влад, прихлебывала его небрежно, словно между делом. Не из бедной семьи, это точно. Немного подумав, парень все же поддался любопытству и спросил:

    — Кто ты?

    — Не все ли равно? — безразлично ответила девушка. — Ты сам сказал. Дороги у нас разные, так что не забивай голову.

    Логично, в общем-то. Влад пожал плечами и вновь склонился над тарелкой. Какая-то иррациональная обида засела, будто заноза, на краю сознания, но Влад моментально отогнал эту мысль. Плевать ему на нервных дамочек. Хотя она вчера едва не сгорела. Будешь тут нервным…

    Поев и расплатившись, он поднялся к себе, быстро собрал вещи. Откровенно говоря, нищему собраться — только подпоясаться, и основное у него сейчас одежда и оружие. Поверх рубахи бронежилет, сверху — куртку, достаточно большую и мешковатую, чтобы скрыть под собой несвойственную этим местам защиту. Палаш и кинжал на пояс, еще один кинжал за голенище сапога. Ну и последнее, самое важное — пистолет.

    Пистолет — весомый аргумент во многих ситуациях. Владу его выдали перед дорогой. Он еще не рыцарь, а потому огнестрельное оружие на постоянной основе ему не положено, только во время походов либо выполнения иных задач во благо Ордена. По специальному приказу, разумеется.

    Данный конкретный образец (и это давало Владу лишний повод для гордости) был не новоделом, вышедшим из оружейных мастерских Ордена. У тех, как ни стараются мастера-оружейники, качество все же не то. Материалы правильные, технологическая цепочка была сохранена, и механизмы делают хорошо. Патроны, опять же, почти не уступают старинным, а вот качество изготовления стволов, увы, подкачало.

    А куда деваться? Общий износ станочного парка, оставшегося с прошлой эпохи, уже давно перешел все разумные пределы. А новые станки, увы, похуже. И продукция, с их помощью выпускаемая, тоже. Поэтому для ближнего боя новое оружие еще годится, а вот когда дистанция возрастает, и призовой стрелок рискует из него промахнуться, даже целясь слону в задницу.

    Именно поэтому выданный Владу пистолет был ценностью сам по себе. Довоенной еще выделки, из старых запасов Ордена. Тот в самом начале своего пути, сразу после Огненной войны, сумел наложить лапу на многие уцелевшие склады, чем, собственно, и обеспечил себе будущее. На этих складах, местоположение которых хранилось в тайне, Влад ни разу не был, и о том, какие сокровища там имеются, оставалось только гадать. По слухам, там даже танки имелись, но точно не знал никто. Не исключено, кстати, что эти слухи распускались Орденом специально — чтоб, значит, враги боялись. Хотя, возможно, и в самом деле что-то было, не зря же некоторые, особо одаренные послушники изучали в числе прочего устройство двигателей внутреннего сгорания и прочей техники. А некоторые потом еще дополнительно доучивались. Чему именно? А вот об этом они не распространялись.

    Разумеется, некоторое количество тщательно сберегаемых старинных автомобилей и сейчас оставалось на ходу, но для их обслуживания хватало сравнительно небольшого количества механиков. И возникал интересный вопрос: зачем Ордену дополнительно такое количество специалистов? Нет, что-то у Ордена в заначке определенно имелось, вопрос лишь, что именно.

    Увы, из всего этого потенциально имеющегося великолепия у Влада при себе был только пистолет. Ну и плевать. В конце концов, у него не подвиг во славу Ордена намечается, а обычная деловая поездка.

    Ну все, пора. Лошадь ему уже оседлали, и она переступала с ноги на ногу у коновязи. Влад осмотрел ее придирчивым глазом — все в порядке, вычищена качественно и накормлена тоже. Не зря он дал конюху серебряную монету, лишний раз убедившись, что не стоит экономить на обслуживании.

    Тем не менее он еще раз проверил, как его четвероногий вездеход оседлан — привычка, работающая независимо от сознания. Легко, не касаясь стремян, запрыгнул в седло и хотел уже выезжать, когда со стороны гостиницы донесся отчаянный и, что характерно, знакомый женский крик.

    — Да что за… — пробормотал Влад, спешиваясь. Умом-то он понимал, что делает глупость, но в его возрасте подобное, увы, обычное дело. И буквально через секунду появилась возможность убедиться в этом лишний раз.

    Во двор гостиницы вывалила довольно пестрая компания. Крепкий парень в богатой, но изрядно заляпанной грязью одежде. При нем четверо молодцов, не уступающих по загрязненности, но с разгромным счетом проигрывающие в изысканности. Охрана — стиль милитари так и прет, да и мечи на поясах солидные. Еще двое — классические слуги, сразу видно. Когда у человека задача хвост на повороте заносить да тапочки по утрам подавать, это накладывает неизгладимый отпечаток на его поведение. Ну и еще один кадр, зябко кутающийся в красный плащ. Влад присмотрелся — точно, уж поперло так поперло. Везет ему в последнее время на одаренных, ничего не скажешь.

    Тот хрен с горы в красной одежде наверняка колдун. Во всяком случае, именно так людей, одаренных нестандартными способностями, называют местные селяне и селянки. Как лошади три раза неграмотные, право слово. Классический такой колдун сельского разлива. Шмотье соответствующее, на шее серебряная цепь с фиолетовым камнем. Деревенские верят, что это — амулет, дающий владельцу колдовские силы, хотя это все чушь, конечно. Связи между камнями вообще и аметистами в частности с человеческими способностями нет никакой, только вот простым людям этого не объяснишь. Так что цепочки такие — опознавательный знак, не более.

    Но раз таскает его — значит, не боится, что узнают. Следовательно, из тех, кто получил одобрение Церкви. Следствие номер два — слабак, по-настоящему сильных одаренных Церковь в свободное плавание никогда не отпустит. Интересно, кстати, что он умеет? Скорее всего, по огню специализируется — они красные цвета любят, хотя среди других тоже хватает оригиналов. Впрочем, неважно.

    Куда интереснее, что двое охранников держат за руки его, Влада, гостью. Та, конечно, пытается вырваться и ругается так, что уши вянут, но на здоровяков и то, и другое производит мало впечатления. Силы несоизмеримы, а сложнопостроенных словесных конструкций они на своем веку и так наслушались преизрядно. И что здесь творится, интересно?

    — Эй, вы. А ну, отпустите мою собственность!

    — Чего? — стало тихо. Настолько, что, казалось, слышно, как чавкает сидящая на куче навоза муха. На Влада смотрели. Как на чудо чудное, диво дивное. С этакой ноткой удивления и презрения. И ему это совершенно не понравилось. На него уже много лет, с тех пор, как он в первый раз перешагнул высокий порог Цитадели, никто не смел так смотреть.

    Впрочем, действовать на него чужие взгляды перестали еще раньше, а презрительный тон Влад давным-давно научился вколачивать нахалам в глотку вместе с зубами. Поэтому он небрежно ткнул в сторону девушки и пояснил:

    — Не чего, а кого. Ее. Она — предмет одушевленный и попадает под определение «кто». Правила русского языка учить надо.

    — Ты кто, смертный? — тот умник, что был у них за главного, видимо, не сообразил, что если человек так уверенно держится перед лицом численно превосходящего неприятеля, то, скорее всего, имеет на то основания. — Это ты меня русскому языку учить будешь?

    — Могу и другим, — покладисто согласился Влад и выдал длинную фразу на испанском. Абсолютно нейтральную по смыслу, но звучащую для отечественного уха совершенно неприлично. На третьем курсе их, помнится, такие специально учить заставляли, дабы имелся под рукой лишний инструмент по выведению противника из себя. И чтоб при этом никто придраться не смог. Вот и пригодилось.

    — Чего-о?

    Один из костоломов, видимо, решив выслужиться, быстро, почти бегом направился к Владу. Поучить вежливости захотел, наверное. Подошел, размахнулся… Это был бы, наверное, крепкий удар, но так бить… Мужики в деревне, хвастаясь силой, так бьют, а не профессионалы. Никакой техники, это даже не смешно.

    Влад чуть сместился, уклоняясь, позволил обнаглевшему противнику чуть нырнуть, немного подправил траекторию и самую малость помог врезаться лицом в поддерживающий крыльцо столб. Что загудело громче, сухое, без малейших следов гниения дерево или пустая башка, вопрос открытый, но жертва собственной неосмотрительности плюхнулся на задницу, медленно свел глаза к переносице и рухнул в гостеприимные объятия глубокой теплой лужи.

    — Прямо как свинья лежит, — Влад посмотрел на дело рук своих, улыбнулся. — Может, хрюкнешь, кабанчик?

    Лежащий не ответил. Да и сложно было ожидать иного — сознание покинуло бренное тело надолго и качественно. Звучит банально, но — Влада этому учили. Широко улыбнувшись, он поинтересовался:

    — Как, еще желающие имеются или все-таки отпустите девчонку и пойдете отсюда к чертовой матери?

    — Ты, скотина! Ты хоть понимаешь, с кем связался? На кого ты наехал, урод?

    Ну вот, как всегда. Настолько предсказуемо, что даже скучно. И противников трое… Не уважают здесь Орден, похоже. Даже как-то обидно.

    Первого из нападающих Влад встретил прямым в челюсть. Ударил чисто и точно, отправив крепкого мужика в глубокий нокаут прежде, чем тот успел хоть что-то сделать. Со стороны наверняка производило впечатление, но прошедшему обучение в Ордене гордиться тут особенно нечем. Для того, кто умеет практически мгновенно подстегивать обмен веществ, задирая скорость реакции на недосягаемую обычным людям высоту, невеликое достижение.

    Второй успел схватиться за рукоять меча. В принципе, это все, что он успел сделать. В бою нет нечестных приемов — именно так говорил на тренировках наставник, и потому Влад не мудрствуя лукаво пнул его сапогом в пах. Того аж подбросило. Жестоко, конечно, и чревато последствиями для мужского здоровья, но, если вдуматься, миру тем самым Влад оказал немалую услугу. Как минимум с точки зрения сохранения генофонда нации. Дуракам не стоит размножаться.

    Третий подался назад, но Влад уже вошел во вкус. Быстрое, по-кошачьи мягкое движение вперед… Нет, противник быстр. Очень быстр, зараза. Откинуться назад, уклоняясь от удара мечом. Неплохо — быстро, мощно, извлечение меча из ножен совмещается с ударом. Чувствуется школа. И ясно, как пойдет второй удар. Поднырнуть под меч, аккуратно перехватить руку. Поворот, бросок… Для человека несведущего — король-прием. Слабый и от того еще более зловещий хруст ломающейся кости, вопль — и потерявшее от боли сознание тело рушится с крыльца. Аккуратненько так рушится, чтоб перила не свернуть. В конце концов, хозяин заведения неплохой мужик, зачем ему красоту портить. Шлепок — очередная лужа пришлась как нельзя кстати. В нее поверженный и рухнул, вывернув под непривычным углом сломанную руку. Ничего, срастется.

    Меч… Ну, он остался в руках Влада. Хорошая железка. Свой палаш доставать не было никакого желания. Во-первых, много чести для таких олухов, а во-вторых, чистить его потом самому придется. Оно надо, спрашивается? А трофей, случись что, и не так жалко.

    — Берегись!

    Женский вопль резанул по ушам. Влад развернулся. Ну надо же, девчонке положено от ужаса в ступор впасть, а она кричит, предупреждает. Ну, спасибо, конечно, однако колдуна, картинно вскинувшего руки, он и так засек. Красивый жест. И бесполезный. Нет, он, скорее всего, каким-то образом помогает внутренней концентрации, но у колдуна ничего не выходит. И не выйдет, хоть с жестами, хоть без них. Орден никогда не достиг бы своего нынешнего положения, если бы еще на заре своего существования не озаботился нейтрализацией таких вот уникумов. И методом проб, ошибок и статистических исследований нашел решение вопроса. Этой методикой Орден владел единолично, и ни более мелкие конкуренты, ни Церковь так и не получили ничего подобного.

    Небрежным шагом, с легкой, едва обозначенной улыбкой на лице Влад подошел к колдуну и с левой — в правой руке он держал меч — дал тому по наглой рыжей морде. Посмотрел, как не привыкший к подобному обращению колдун ворочается на дощатом полу в тщетной попытке встать, и добавил с ноги. Перешагнул через тело, мельком взглянул на обделавшихся под его взглядом слуг и так же небрежно двинулся к предводителю разгромленного воинства.

    Тот побледнел, но, к чести своей, попытался вступить в бой. Меч у него был хорош, куда лучше, чем у подчиненных. И рукоять богато украшена. Серебряная чеканка, целая россыпь блестящих камушков… Парадная игрушка, но клинок из отменной стали. Влад оценил. Отобрал. А то вдруг еще порежется… Вежливо спросил:

    — Тебе, мальчик, какого уха не жалко? Левого или правого?

    То, что парень, во всяком случае внешне, выглядел на пару-тройку лет старше Влада, ничего не меняло. Влад только что доказал свое право смотреть на него сверху вниз. И все же он попытался хорохориться.

    — Ты, козел! Да завтра тебя…

    Влад молча влепил ему самую обычную, простонародную плюху. Такую, после которой валяются с заплывшим лицом, не в силах восстановить ориентацию в пространстве и выплевывают осколки зубов. Усмехнулся:

    — А ты знаешь, на кого пасть раскрыл, чушка? Не стой на пути Ордена, закопаю, — и, повернувшись к девушке, скомандовал: — Собирайся. Коня возьмешь у этих… Не знаю, где они их оставили, но не пешком же сюда пришли. Спроси у конюха.

    — А…

    — Все потом. Неизвестно, сколько у них еще тут народу. Я их, конечно, могу убить, но устраивать лишний раз бойню желания нет ни малейшего. Все, бегом!

    Когда через полчаса они выезжали из города, девушка сидела верхом на норовистом трофейном жеребце, управляясь с ним на диво легко. На плечах ее красовался трофейный же плащ, спускающийся почти до брюха коня и скрывающий не вполне приличный вид. Седло мужское, и чтобы сидеть в нем, платье ей пришлось задирать, обнажая ноги чуть не до бедер. Если бы она проехала в таком виде по улицам, произвела бы фурор у местных, не избалованных откровенными зрелищами, так что плащ этот пришелся очень кстати. И сапоги — пришлось наведаться в лавку сапожника. Ну, нет худа без добра — получили скидку. За, так сказать, развлечение. Хорошая драка — всегда зрелище. В притороченных к седлу ножнах покачивался трофейный меч — не по чину щенку владеть столь ценным оружием. Остальные образцы местной оружейной мысли Влад утопил в сортире.

    Время безжалостно, думал Влад, покачиваясь в седле. Конечно, это была не его мысль — в семнадцать лет к философствованию вообще мало кто склонен. Просто слова наставника врезались в память, а сейчас всплыли. Уж больно вид дороги, по которой они ехали, соответствовал.

    Когда-то это была широкая асфальтовая полоса, высоко поднятая над окружающей местностью. По ней, если верить старинному путеводителю, имеющемуся в библиотеке Ордена и внимательно прочитанному перед выездом из Цитадели, могли проехать четыре автомобиля одновременно. Огненная война пощадила это творение человеческих рук. А вот прошедшие с той поры годы — нет.

    Со времени войны сменилось уже не одно поколение, и как-то незаметно, вроде бы сам собой, вырос лес. Вначале толстую подушку из песка и гравия пропахали вездесущие травы, потом взломали могучие корни. Внесли свою лепту и зимние морозы, исправно расширяющие любую, даже самую маленькую трещинку. Сейчас под копыта лошадей уходили вздыбленные, растрескавшиеся и изломанные куски асфальта, перемежающиеся с ямами и торчащими во все стороны кусками дерева. Обычный пейзаж — так выглядели практически все дороги нового мира.

    Возле давным-давно не действующей заправки, от которой остались только чудом сохранившиеся куски изъеденного коррозией металла и рассыпающегося от времени пластика, бродила здоровенная медведица. Рядом с мамашей смешно прыгал медвежонок. Неприятная, к слову, встреча — медведицы с детенышами агрессивны, и какому-нибудь одинокому путнику могло прийтись несладко. Что они, спрашивается, тут забыли? Влад, не оборачиваясь даже, почувствовал, как напряглась его спутница. Мысленно усмехнувшись, он вперил тяжелый, немигающий взгляд в зверя. Пять секунд, семь… Медведица рыкнула недоуменно и вдруг, поддав сыну ускорение лапой по заднице, рванула прочь, в лес. Вот так, господа, звери понятливее людей, если знать, как с ними обращаться. Ну и уметь кое-что, другим недоступное.

    — Вон там, на повороте, — махнул рукой Влад, — должна быть гостиница. Там и поужинаем, а заодно переночуем.

    Девушка лишь криво усмехнулась в ответ, и через полчаса стало ясно почему. На месте, где когда-то располагались приют усталого путника и прилагающийся к нему храм желудка, царило унылое пепелище. Видать, разбойники постарались. Как бы не те самые, которых вчера на рынке продали. Влад повернулся к спутнице:

    — Уже ездила здесь?

    — Меня здесь везли.

    Что же, до ответа снизошла. Откровенно говоря, Владу на это было вроде как наплевать, но, с другой стороны, путешествие целый день в компании напряженно молчавшей попутчицы слегка напрягало. Нормальная для мужчины, тем более молодого, реакция. Да и скучно, откровенно говоря, когда спутник есть, а поболтать не с кем.

    — Что же, будем считать, что карта устарела, — нельзя сказать, что Влада случившееся чересчур задело. В конце концов, воина ночевкой под открытым небом не испугаешь. Тем более тепло и дождя нет. Другой вопрос, что в кровати все же удобнее. — Располагаться будем прямо здесь.

    — Нет!

    — Почему же? Разбойников переловили, так что можно считать эти места относительно безопасными.

    Девушка несколько секунд молчала, упрямо поджав губы, потом нехотя призналась:

    — Меня могут искать.

    — Могут или будут?

    — Могут. Все зависит от того, насколько сильно ты их напугал.

    — Я их не пугал… специально. Кто они?

    Девушка молчала, упорно стиснув зубы и опустив глаза. Влад пожал плечами.

    — Хорошо, сформулируем иначе. Сколько времени им потребуется, чтобы получить подкрепление?

    — А… зачем?

    — Затем, что из тех четверых, которые сопровождали того… парнишку, ни один не в состоянии устраивать гонки. В городе у него людей больше не было, я узнавал.

    — Но как ты…

    — Узнал, кто это? Тут все просто. На мече, который приторочен к твоему седлу и который, если помнишь, достался мне как трофей, есть герб его рода. А геральдику я изучал.

    — Тогда зачем ты спрашивал меня, кто это?

    Ох, как она разозлилась. Тронь — искры посыпятся. Влад усмехнулся:

    — Чтобы проверить степень твоей искренности и понять, чего от тебя ждать в дальнейшем. Итак, повторяю вопрос. Как скоро они получат подкрепление?

    — Его ближайшее имение в трех днях езды.

    — Значит, не догонят. Для твоего спокойствия отойдем к реке, хотя особого смысла в том нет. Любой охотник по следам нас отыщет. Все, двинулись.

    Палатка у Влада с собой имелась. Тоже старинная, из очень тонкого и непромокаемого материала. Наследие предков, сейчас таких не делают и, скорее всего, в ближайшие десятилетия сделать не сумеют — технология производства ткани утеряна. Может, когда-нибудь воссоздадут, но, скорее всего, это будет уже не то. Не лучше и не хуже, просто другое. Увы, в Огненную войну были утеряны многие знания. Практически все, что предки записывали на цифровых носителях (что это такое, Влад точно не знал, однако звучало солидно), перестало существовать. Библиотеки с бумажными книгами пострадали не так сильно, однако все равно целые области знаний ныне восстанавливались с трудом, по случайным обрывкам. Именно поэтому доставлять любые найденные старинные книги в Цитадель — долг и почетная обязанность каждого члена Ордена. Равно как и недопущение их попадания в руки церковников. В подвалах монахов и без того мертвым грузом лежит слишком много особо ценных и потенциально опасных вещей, в том числе книг, и не стоит давать конкурентам ни одного лишнего шанса.

    Да уж, многое потеряли, думал Влад, вбивая колышки в твердую землю. Сухой участок здесь удалось найти с трудом, но зато уж на нем земля была словно камень. На взгляд Влада, пугливость спутницы была излишней — рыцарь Ордена (а он почти что рыцарь) и в одиночку запросто может учинить небольшую локальную войну, прихлопнув любого провинциального дворянчика вместе с его замком. Но — пусть ее, тем более массовых убийств Орден точно не одобрит.

    Эх, жаль, невозможно сообщить о случившемся — уж в Цитадели нашли бы сложившемуся раскладу максимально полезное для Ордена применение. Нашли бы — и добавили тем самым Ордену еще малую толику славы и влияния. Ибо нет неправильных ситуаций — есть их неграмотное использование.

    Увы, это лишь мечты. Со времен Огненной войны радиосвязь действует лишь на дистанции пять-семь километров, да и то с трудом. Что-то с ионизацией атмосферы, точнее Влад сказать не мог. Наука с детства не была его призванием. Так что, хотя необходимые для производства аппаратуры технологии имелись, радио не действует. Конечно, можно найти какой-то вариант, но как раз на это знаний пока не хватало. Проводную же связь, надежную и простую, люди имели пока или внутригородскую, или между близко расположенными населенными пунктами. В более цивилизованных местах, разумеется. Уж никак не в этом захолустье, где обязательно найдутся уроды, что сопрут провода. Вот и приходится полагаться исключительно на себя любимого, и это повышает как самооценку при успехе, так и риск ошибки.

    — Что там с костром? — поинтересовался Влад, закончив устанавливать палатку и (так, на всякий случай) маскировать ее, закидывая сверху еловым лапником. Этого добра тут было в избытке — до леса метров тридцать, не более. — Почему не вижу?

    — Кхе-кхе…

    Ответ был предельно емким. Девушка стояла возле беспорядочно наваленной кучи… Нет, дровами это назвать не получалось. Какие-то палки, мусор… Венчало получившееся безобразие тонкое бревно, насквозь сырое — приперла с реки, видать. Как не надорвалась-то… И все это пыталась сейчас поджечь. Дыма много, толку, естественно, мало. Влад тяжело вздохнул:

    — Так, отойди.

    — Но…

    — Я сказал — отойди. Сядь, посиди, о принце на белом коне помечтай, что ли. В общем, не путайся под ногами.

    Было, наверное, в его голосе что-то, заставившее ее подчиниться. Надулась, как мышь на крупу, но отошла. Как говорится, и на том спасибо. Влад порылся в собранной ею пародии на топливо, отыскал несколько подходящих деревяшек, острым ножом быстро нащипал лучин, правильно сложил все это… Встряхнул коробок, поморщился — почти все спички ухитрилась извести. Нет, у него была с собой зажигалка, но сам факт показателен. Ладно, не страшно. Крошечный огонек легко скользнул на кусок бересты, с него перебрался на щепки, потом на дрова. Не прошло и пяти минут, как небольшой костерок уже вполне уверенно горел, стреляя во все стороны желтыми искрами. Все, порядок, теперь можно и ужином заняться. Процессом, к которому его криворукую «помощницу» и близко подпускать не стоило.

    Выезжать, не запасшись продуктами, глупость. Это Влад понял еще до того, как попал в Цитадель, и сейчас запас пришелся как нельзя кстати. Разумеется, он рассчитывал только на себя, однако взятого хватало и на двоих. Если без излишеств, конечно. С другой стороны, до темноты еще не меньше часа, рядом пускай небольшая, но река. Что-нибудь в ней да водится, так что… почему бы не попробовать?

    Снасти у него были с собой. Предмет гордости, между прочим — год назад вместе с другими оруженосцами и послушниками участвовал на подхвате в исследовании одного из старых городов. Туда, конечно, лазили многие, но древние жили богато, и экспедиции Ордена каждый раз окупались. Вот и в этот раз ухитрились кое-что найти. Один склад, на котором располагалось почти два десятка станков, чего стоил! Конечно, им тоже изрядно досталось за эти годы, но восстановить их было вполне реально. Оборудование же старинное ой как ценилось — до предвоенного уровня медленно возрождающейся цивилизации было еще расти и расти.

    Пока рыцари-исследователи занимались поиском, вспомогательная группа шустро грузила находки, а заодно охраняла их от возможных неприятностей. Конечно, исследователи — полноценные, отлично подготовленные бойцы, звание рыцаря не пустой звук. Случись нужда, они сами наваляют кому угодно. Вот только у них глаз на затылке нет, да и отвлекаться лишний раз от работы тоже не стоит. А потому их всегда сопровождала группа оруженосцев из других подразделений. И охрана, и тренировка. Кстати, не раз и не два такие предосторожности оказывались к месту.

    Во время одного из выходов удача вдруг улыбнулась Владу — провалился в подвал магазина, торговавшего когда-то снаряжением для охоты и рыболовства. Мало того что ноги не переломал, так еще и подвал оказался неразграбленным. Добыча там нашлась не то чтобы огромная, но все же и немаленькая. Премия за нее пошла хорошая, да и себе кое-что прихватил — это не возбранялось. Отличная, когда-то очень дорогая, наверное, двустволка лежала в его комнате, в Цитадели. Палатку он только что поставил. Ну а удочка… Нет, удилище таскать с собой не было смысла, но крепчайшая леска, крючки и еще кое-какие мелочи путешествовали с Владом постоянно.

    Рыбы в реке оказалось изрядно — после Огненной войны природа быстро восстанавливалась. Численно — так уж наверняка. Правда, с первого заброса на крючок сел карпорыл. Один из многочисленных жизнеспособных мутантов, которых породила радиация, тварью был мерзкой, вонючей и вдобавок отбивался не только хвостом, но и всеми четырьмя лапами. Ну да и не таких видали. А отделавшись от него и немного сменив место, Влад сумел надергать и нормальной рыбы. Не то чтобы крупной, но зато вполне съедобной, так что их сегодня ожидал ужин, по меркам похода, царский. Это вам не филе воды в собственном соку, а ведь иногда бывало и такое.

    Голод, усталость и свежий воздух — лучшие приправы. И рыба, и вяленое мясо, и колбаса ушли за милую душу. Влад порадовался даже, что не все достал из мешка, не то съели бы и на завтрак не оставили. Медленно опустилась темнота, лес пугающей стеной возвышался совсем рядом, но Влад чувствовал — на три версты вокруг нет ничего угрожающего. Именно поэтому он позволил себе расслабиться и сидеть у костра, глядя на огонь. В другое время — ни за что, пламя ночью слепит, но сейчас можно. Если же появится какая-то опасность, он почувствует ее раньше, чем она его. И кто опаснее — это еще посмотреть надо будет.

    Его спутница сидела напротив, привалившись спиной к березе-обманщику. У этого дерева, тоже порождения войны, ствол был мягкий, чуть ли не гуттаперчевый. Для чего-то серьезного древесина не годилась, но сидеть, прислонившись к ней, было достаточно удобно. Словно подушку подложишь.

    Некоторое время девушка задумчиво молчала, глядя на мечущиеся в костре блики огня, потом тихо сказала:

    — Меня зовут Александра. Александра Павлова. И мой отец когда-то владел этими землями…

    Вот так, чем выспрашивать и неделю уламывать женщину на откровенность, лучше просто немного подождать. Психология, однако. Большинству из них просто необходимо выговориться, без этого у них организм нормально функционировать отказывается. И данный конкретный экземпляр не стал исключением.

    Счастливая дочь богатого папы… В меру безобидная, в меру избалованная. Когда бродяга по имени Влад жрал всякую дрянь, потому что выбор был между «съешь хоть что-нибудь или сдохни», да за медную монету помогал грузчикам на складе, она вкусно ела и мягко спала. Но счастье не бывает вечным, а жизнь переменчива. И примерно в то же время, когда Влад следом за рыцарем-наставником шагнул через порог Цитадели, привычный уютный розовый мир девочки по имени Александра рухнул, погребая под собой всю прежнюю жизнь.

    Черная смерть… Раньше так называли чуму, но после войны появилось много новых хворей и осталось слишком мало врачей. Сейчас так называли практически любую смертельную болезнь, и что за дрянь прокатилась в этих местах, никто так и не узнал. Болезнь не вырвалась за пределы с похвальной быстротой установленного санитарного кордона. В таких делах Церковь разбиралась очень хорошо, и неулыбчивые боевые монахи, стреляющие в любого, кто пытался выйти из кольца, были в своем праве. Пораженную гангреной конечность ампутируют, чтобы жил весь организм, такова суровая проза этого мира.

    Когда эпидемия закончилась, выживших осталось совсем немного — едва десятая часть населения. И семью князя эта напасть стороной не обошла. Если кратко, выжила только Александра. И наступили у нее не самые лучшие времена.

    Женщина не может управлять столь обширным хозяйством, а три города, пускай и маленьких, и прилагающиеся к ним деревни с лесами, полями и прочими вкусностями — это весьма солидный кусок. Времена феминизма давно прошли. Будь Александра взрослой, вопрос решился бы просто. Замужество, и все дела. Но когда тебе десять лет, расклады меняются. И вмешалась, как уже не раз бывало в подобных ситуациях, Церковь.

    На переживания и личные предпочтения людей святые отцы в такой ситуации не смотрят. Главное, не допустить беспорядков, переходящих в междоусобицу, обеспечить восстановление инфраструктуры и снабжение продовольствием, а потом и устойчивый рост как населения, так и экономики… В общем, женщине действительно не справиться, сопле малолетней тем более, а так как близких родственников у Александры не осталось, то ей назначили опекуна. Не то чтобы Церковь имела на то какое-то формальное право, но и оспаривать ее решения никто не собирался.

    В принципе, и Влад считал, что Церковь права. И в том, что опекуна назначили, и в том, что брак в дальнейшем собирались планировать, согласия у Александры не спрашивая. Зачем? Нет, в политических раскладах это могло оказаться в дальнейшем неприемлемо, особенно с точки зрения интересов Ордена, но то уж другой вопрос. А может, и нормально получится, вопрос открытый, и не оруженосцам тут принимать решения. Не по чину и не по компетенции. Касаемо же человеческих отношений… Кому какое дело, понравится девушке будущий жених или нет? За обеспеченную с самого рождения жизнь, за то, что имеешь больше других, чем-то надо платить. В общем, обыденная ситуация.

    И все же кое-что клирики не учли. Точнее, просто не знали. После той болезни у Александры прорезались кое-какие способности. Такое бывало не раз, о своих талантах сверхчеловека можно не знать до конца жизни, они спят, но стресс, болезнь или еще какое-то сильное воздействие способно их пробудить. Если звезды сходятся именно так — что же, механизм действий отработан. Церковь присылает специалиста, и тот на месте решает, что делать. Обучать, чтобы использовать в своих интересах, либо уничтожить чем-то не устроившего их колдуна. Как вариант, может подсуетиться Орден, который мимо себя таланты тоже старается не пропускать. Но — не в этом случае.

    То, что дар обнаружился у наследницы, пускай и номинальной, серьезного титула, еще полбеды. Но Александра, обиженная на весь свет, ухитрилась сохранить его в тайне, и это в корне меняло расклады. Церкви такие точно не нужны… А еще ей не хотелось замуж. Банальная ситуация — опекун показал себя компетентным руководителем, и потому, когда он решил придать легитимность своей власти в дальнейшем путем женитьбы сына на дочке прежнего князя, Церковь не имела ничего против. Зато Александра имела и, будучи реалисткой и понимая, что добиться справедливости (в ее понимании) не удастся, подалась в бега.

    В принципе, вот и вся история. Сбежала, ухитрившись прибиться к каравану — деньги у нее имелись. Вот здесь, у этой реки, заканчивались границы ее владений. Переехала через мост, расслабилась — и случайно раскрыла свой дар перед спутниками. А купцы то ли сдали ее в городе, то ли просто разболтали по пьяни. В общем, пришел тот хмырь с администрации, вместе с ним двое священников. Дар самоучки они задавили легко — чай, не в первый раз, опыт имелся. И пошла она прямиком на костер, с которого ее буквально в последний момент утянул Влад.

    Странно, что те же священники не заявились вечером разбираться. А может, и ничего странного — закон есть закон, и баламутить людей, демонстративно его нарушая, Церковь не любит. Не дураки там сидят. К тому же утром в город заявился несостоявшийся жених со своими людьми, и, возможно, святые отцы об этом знали. Тогда вполне логично, что они спихнули решение проблемы на заинтересованных лиц. Откуда-то же преследователи узнали, где именно находится беглянка. А может, и еще какие-то варианты имелись. Точно Влад не знал, голову ломать зря не желал, а потому лишь кивнул, давая понять, что принял информацию к сведению.

    Выслушав историю, он некоторое время сидел и думал. Развернул карту, несколько минут ее изучал — помнил наизусть, конечно, однако, имея ее перед глазами, планировать дорогу куда удобнее. Да и наставники учили: есть возможность что-то проверить — сделай это. Потом тряхнул головой:

    — Вот что. По твоему княжеству мы проедем так, самым краешком. Завтра днем свернем, к вечеру доберемся до цели моего пути. А дальше у тебя два варианта. Или идти своей дорогой, или сидеть не высовываясь и ждать моего возвращения.

    — То есть?

    — Ну, все же просто. Я — оруженосец. Ты наверняка слышала, что просто так мы не мотаемся. Еду не по своим делам, а с мелким поручением. Но мелкое не мелкое, а выполнить его надо. Поэтому сначала разберусь с делами, а затем поеду обратно. Доставлю тебя в Орден. Если сможешь быть ему полезна — защитит. Не сможешь… Ну, тут уж извини, я сделал все, что мог.

    Вот так, просто и цинично. А чего вы хотели? Помогать бесплатно сирым да убогим — это, конечно, почетно, однако в обязательный канон рыцарского кодекса не входит. Так что деловые отношения, ничего личного. А тут уж… Как говорил наставник, еще Гиппократ требовал не лечить бесплатно. И кто ж мы такие, чтобы спорить с гениями?

    — А нельзя…

    Девушка замолчала, но Влад понял, что она хотела сказать.

    — Вначале отвезти тебя в Цитадель? Нет, милая, извини уж, но дело прежде всего. Твоя ценность для Ордена под вопросом, а задача, даже самая незначительная, имеет вполне конкретные цели. Поэтому или так — или можем разбегаться уже сейчас.

    Она задумалась. Влад не торопил. Зачем? Девочка умненькая, без подсказок разберется, где мед слаще. Вместо этого он поинтересовался:

    — А что ты умеешь-то?

    Александра, сбитая с мысли, удивленно посмотрела на него, потом кивнула и, подняв руку, едва заметно шевельнула пальцами. Ну да, самоучка, без этого ей тяжело сконцентрироваться. Влад поспорил сам с собой о том, что она умеет — и угадал. Несколько щепок поднялось с земли, плавно закрутились в воздухе. Оруженосец несколько секунд наблюдал за этим танцем, затем спросил:

    — Какой максимальный вес и дистанция работы?

    — Немного… Два-три метра, поднять могу разве что кошелек.

    — У купцов тырила?

    — Э… Как ты догадался?

    — Все люди одинаковы. — (А женщины в особенности, но этого Влад, разумеется, не сказал). — Неудивительно, что они на тебя донесли.

    Александра смутилась, потом буркнула, не глядя на собеседника:

    — Они забрали у меня все деньги, до последней монеты.

    — Потому что умеют торговаться, а ты — нет, — безжалостно резюмировал Влад. — Ладно, проехали. Так что решила?

    — Я… согласна.

    — Ну и замечательно. А теперь — спать. Извини, отдельного места для женщин не предусмотрено.

    Александра покраснела, что было видно даже в пламени костра, и осторожно выдавила:

    — А…

    — Можешь лечь снаружи, — Влад был великодушен и предоставлял ей право выбора. Увы, его деликатность явно не оценили, поэтому он, предваряя ответную гневную тираду (рот собеседницы был уже открыт), добавил: — Но внутри все же теплее. Не волнуйся. Хоть ты формально и моя собственность, приставать не буду. Лишние неприятности — они всегда лишние. Да и…

    — И что?

    — Нет, ничего, так, — не объяснять же ей, что у него и так подруг хватает, а она вдобавок, на его вкус, излишне худосочная.

    Город, в который они прибыли, мало отличался от предыдущего. Разве что пейзаж был поживописней. Когда-то здесь возвышался огромный человеческий муравейник на полмиллиона жителей, промышленный, научный и торговый центр. Ядерная ракета превратила его в руины, а центр, оплавленная воронка, до сих пор неплохо излучал.

    Уцелевшие люди ушли, но, как всегда, не слишком далеко, километров на двадцать. Новое поселение основали на холмах неподалеку, и днем, если погода была нормальной, бетонные скелеты некогда красивых зданий были хорошо видны. Зрелище феерическое и в то же время гнетущее. По слухам, в первые годы после войны громадная воронка в центре города по ночам светилась… И почему именно это место выбрал для жизни человек, нужный Владу, он решительно не понимал.

    Зато жили здесь куда как веселее. Можно было не сомневаться, в Старых Васюках сейчас, когда ярмарочный день закончился, площадь заполнена едва на четверть. Здесь же народу было полно и жизнь бурлила. Оно и неудивительно, Васюки — город проходной, а здесь, в Малых Горках, сходятся аж пять дорог. И проезжих более чем до хрена. На двенадцать тысяч человек населения приходится как минимум столько же гостей. Здесь находятся филиалы всех четырех банков (два одобрены Церковью, один принадлежал традиционно плюющему на чье-то одобрение Ордену, и еще один на паях держали целых пять княжеств), представительства большинства торговых домов… Финансовый центр, чтоб его!

    Рынок начинался практически сразу от ворот и тянулся до самого центра. Народ, жаждущий хлеба и зрелищ, недовольно косился на всадников, но возмущаться не пытался. Конечно, непарнокопытные транспортные средства доставляли им неудобства, но связываться с их владельцами может оказаться опаснее. Тем более, палаш Влада невольно заставлял задумываться о том, что его владелец может оказаться человеком в общении тяжелым. А так, не тронь говно — оно и не завоняет.

    Для Влада их мысли были открытой книгой. И ничего удивительного, кстати — не так давно он сам ходил среди них. Город другой, но люди в массе своей одинаковые. Впрочем, его это не слишком волновало. Ехать — не идти пешком, да и из седла можно смотреть над головами. Удобно.

    Смотреть было на что. Все же торговый город, везут сюда многое. В том числе и добытое в старых городах — там найти все еще можно немало. К примеру, свою смерть, если нарвешься на предметы, зараженные бактериями или радиацией. Но, к счастью, подобное было скорее исключением, чем правилом. А вот, к примеру, те же ножи из хорошей стали — куда как интересная вещь. Впрочем, хватало и современных поделок.

    Куда больше путников заинтересовала небольшая площадка, на которой проводились показательные бои. На деньги, разумеется. Как раз сейчас местный чемпион положил на обе лопатки очередного здоровяка крестьянской наружности. На взгляд Влада, закономерный результат, даже с учетом того, что побитый был в полтора раза шире противника в плечах. Работая от зари до зари в поле, можно нарастить крепкие мускулы, но не боевые навыки.

    Александра, чуть толкнув лошадь каблуками, догнала Влада, тронула за плечо:

    — А ты бы с ним справился?

    — Да, — безразлично ответил он. Оглянулся, посмотрел в горящие глаза и едва удержался от смеха. А ведь ей нравится, когда здоровенные мужики друг друга мутузят. Видать, из-за затворнического образа жизни раньше не видела, а сейчас зацепило. Ну-ну.

    Рынок закончился так же внезапно, как и начался, а затем пошли на удивление ровные улицы с рядами аккуратных двух- и трехэтажных домиков. Улицы чистенькие, посыпанные мелким гравием, вездесущие мальчишки носятся. Один такой, получив медяк, проводил их к гостинице из разряда «недорогая, но приличная». Учитывая, что город жил торговлей, заведений, подобных этому, хватало. А заметив, что проводник успел получить монетку и от хозяина, Влад сделал вывод: пацан здесь на содержании, имея процент с каждого клиента. Что же, молодец, такой в жизни не пропадет.

    Комнату он снял на неделю. Цены неприятно удивили, однако лучше переплатить и потерять немного в финансах, чем потом оказаться в ситуации, когда тебя выселят. Плюс в стоимость входило питание, что немного примирило Влада с внеплановыми расходами. Единственно, кровать была одна, пускай и широкая. Очевидно, хозяину гостиницы это показалось логичным. Что же, пусть с ним. Ночью Александра, как он успел убедиться, не лягалась. И то хлеб.

    Поздний обед был сытный и невкусный. Рецепт хорошего жаркого прост. Максимум мяса и минимум картошки. Повар здесь его явно знал и поступал в точности наоборот. Ну, что же, халява стопроцентной быть не может, и потому успевший проголодаться за день парень умял все быстро. Александра, кстати, тоже не привередничала — отвыкла за последнее время. Тем лучше. Ну а потом она отправилась к себе в комнату, а Влад, облагодетельствовав монеткой очередного мальчишку-проводника, пошел искать того, к кому ехал.

    Нужный дом, как оказалось, располагался совсем рядом, буквально на соседней улице. Аккуратненький такой, уютный. Садик вокруг. Забор остановит разве что беременного таракана с острой формой артрита. Заходи не хочу. Самое то для воров, ага. Если, конечно, не знать, кто здесь живет. В дом наставника, помнится, как-то залезли воры. Они вынесли оттуда все — побои, страх, боль, унижение…

    Влад постучал кулаком по воротам. Гофрированный металлический лист, явно не довоенный, а современного производства, глухо загудел. В ответ затявкала собака, судя по звуку, мелкая. Этакий сгусток злобы и страха. Все правильно, хозяину незачем держать кого-то более крупного, ему достаточно живого «звонка», который обнаружит чужого и поднимет вопли. А этот поднимет, можно не сомневаться. Дальше же… Против серьезных людей не поможет никакой волкодав, а несерьезных тому, кто здесь живет, бояться нет смысла.

    Источник - knizhnik.org .

    Комментарии:
    Информация!
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
    Наверх Вниз