• ,
    Лента новостей
    Опрос на портале
    Облако тегов
    crop circles (круги на полях) knz ufo ufo нло АЛЬТЕРНАТИВНАЯ ИСТОРИЯ Атомная энергия Борьба с ИГИЛ Вайманы Венесуэла Военная авиация Вооружение России ГМО Гравитационные волны Историческая миссия России История История возникновения Санкт-Петербурга История оружия Космология Крым Культура Культура. Археология. МН -17 Мировое правительство Наука Научная открытия Научные открытия Нибиру Новороссия Оппозиция Оружие России Песни нашего века Политология Птах Роль России в мире Романовы Российская экономика Россия Россия и Запад СССР США Синяя Луна Сирия Сирия. Курды. Старообрядчество Украина Украина - Россия Украина и ЕС Человек Юго-восток Украины артефакты Санкт-Петербурга босса-нова будущее джаз для души историософия история Санкт-Петербурга ковид лето музыка нло (ufo) оптимистическое саксофон сказки сказкиПтаха удача фальсификация истории философия черный рыцарь юмор
    Сейчас на сайте
    Шаблоны для DLEторрентом
    Всего на сайте: 27
    Пользователей: 0
    Гостей: 27
    Архив новостей
    «    Май 2024    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     12345
    6789101112
    13141516171819
    20212223242526
    2728293031 
    Май 2024 (878)
    Апрель 2024 (733)
    Март 2024 (960)
    Февраль 2024 (931)
    Январь 2024 (924)
    Декабрь 2023 (762)
    Тайниковский, Юрий Винокуров: Кровь Василиска. Том 1

     Тайниковский, Юрий Винокуров

    Кровь Василиска

    Глава 1

    Я знал, что умру молодым.

    Всегда.

    Три точечных удара поразили горло, сердце и печень.

    Гильдия убийц решила действовать наверняка. Яд красноцвета на лезвиях клинков, блокирующий магию, свитки высшей невидимости, позволяющие не только становиться невидимым, но и стирающие все запахи, тепло человеческого тела, и даже слепок ауры.

    И, разумеется, три ассасиарха.

    Они думали, что у меня просто не будет шансов. Наивные.

    Я немного сместил тело, чтобы удар, нанесённый в сердце, не был смертельным. Такому нас учили в гильдии.

    Также, клинок, которым мне пронзили шею, не нанёс мне мгновенную смертельную рану и не будь у меня поражены сердце и печень, я бы даже смог выжить, благодаря магии, разумеется.

    Укол в бок вообще можно было бы проигнорировать, если бы не особая форма лезвия ассасиарха, сделанного в форме волны.

    Удар таким клинком обычно, в нужное место, — это смертный приговор, который и так уже был подписан, как только я заикнулся о том, что хочу отойти от дел.

    Я усмехнулся про себя.

    И на что я только надеялся? Из гильдии нельзя уйти, и в этом я сейчас убедился на собственной шкуре.

    Сколько они думали мне там осталось жить: две — три секунды?

    Время вокруг меня, казалось, остановилось. За какое-то мгновение передо мной пронеслась вся моя

    жизнь, прожить которую я не пожелал бы никому.

    Даже своим убийцам.

    А все из-за проклятого дара, с которым я был рожден в одной из самых дешевых комнат самой захолустной таверны Редстоуна.

    Самый южный город империи Шиван всегда славился своей роскошью и богатством. Но, как всем известно, у огромных дворцов, дорогих таверн, садов, монументов и фонтанов была и обратная сторона монеты.

    Если центр города утопал в богатстве, то окраины прозябали в кромешной нищете.

    И вот на грязных простынях обычной деревянной лежанки, проеденной жуками и ставшей домом для нескольких сотен постельных клопов, появился ребёнок, мать которого умерла от потери крови во время родов. Этим ребенком был я.

    Не знаю, была ли это удача или, наоборот, злой рок, но мне удалось выжить. Меня вскормила дочка молочника, которая пару дней назад потеряла собственного грудного ребенка. И чтобы хоть как-то заглушить её горе, её отец выкупил меня за серебряник у повитухи, принявшей роды.

    Вот только в семью молочника я принес лишь несчастье. Открытие у него магического дара стало смертельным приговором для всей семьи, приютившей маленького меня. Такие дети, как я, всегда ценились, особенно когда они рождались у обычных людей, а не дворян. Платили за них полновесным золотом, но обычно не членам его семьи, а «перекупщикам». Семью просто убивали, чтобы не было лишних проблем. В итоге, вскоре я оказался в гильдии.

    Дальше шли суровые тренировки, парочка побегов, которые всегда пресекались и серьёзно карались, потом первые заказы на убийства.

    Благодаря своему магическому дару, который, казалось, был создан для убийств, уже будучи юношей, я быстро продвигался по карьерной лестнице и уже в шестнадцать стал одним из самых сильных ассасиархов гильдии.

    Далее снова долгая череда из заказных убийств и роковая встреча. Казалось, такое могло быть только в дешевых книжках, но… Убийца не смог, точнее, не захотел устранить свою цель и, влюбившись в неё, решил завязать.

    Вот только у наших старейшин было другое мнение. Уйти из гильдии можно было только «вперёд ногами». Сначала они убили мою любовь. Затем всех, кто был мне не то, чтобы дорог, а просто был знаком.

    После этого я сам пришёл к ним. Старейшины умерли в муках, верхушка гильдии была устранена. Я сам чуть не подох, но выкарабкался. Без радости, без надежды, без смысла жизни… Зато, живой.

    Я думал это конец. Но не тут-то было. Я совсем забыл про Арахеза — бывшего главу гильдии, который ушёл на заслуженный отдых. Дряхлый старик с чёрным сердцем. Казалось, он и соображать-то уже не мог. Оказалось, это не так. И всё началось снова…

    Я убивал всех, кого присылали убить меня. Меня гнали по миру, а я пытался найти логово Арахеза. Один я против множества организованных убийц. Я почти успел… почти…

    Сейчас я привычно потянулся к своему внутреннему ядру и… не почувствовал от него отклика! А потом заметил знакомый амулет, который висел на шее у одного из моих убийц. Самая большая ценность гильдии, в котором, я достоверно это знал, — остался последний заряд. Ведь предпоследний использовал лично я три года назад, когда убил Верховного Мага Андалуза — человека, считавшегося бессмертным. И последний заряд они решили потратить на меня? Серьёзно?!

    — Кха, — я сплюнул кровью и улыбнулся.

    Я ни о чем не жалел. Впервые за всё время, которое прожил, я испытал такое чувство, как любовь. И это было лучшее, что случалось со мной.

    У меня оставалась лишь секунда и я знал кое-что из того, что не знали другие. У этого амулета был один «нюанс». Я чуть было не прочувствовал его на своей шкуре, но Андалуз умер быстрее, чем смог уничтожить своего убийцу. То есть, меня… Я же успею. Да, я уже не смогу выжить, но…

    Я влил всю оставшуюся жизненную энергию и ману в магическую печать на моём теле.

    Этого хватило, чтобы хоть на мгновение, но нейтрализовать действие артефакта, что позволило мне сделать этот прогнивший мир чуточку лучше.

    Когда моё магическое ядро взорвалось от избытка магической энергии, которую я специально «перекачал» в него из всего тела, я умер, но забрал с собой ещё и моих убийц.

    В том числе и бывшего главу гильдии Арахеза… Да, он был рядом, за стеной. Его старческий запах, запах смерти и тлена, я бы ни спутал ни с чем. Он решил лично посмотреть на то, как я умираю? Что ж… Добро пожаловать в ад, старый ублюдок!

    А затем я услышал голос, который звал меня…

    * * *

    Я резко поднялся. Сердце колотилось с бешеной скоростью, а всё тело было липкое от пота.

    «Неужели мне всё это приснилось?» — подумал я, пытаясь прийти в себя и успокоиться.

    Нет, определённо это не было сном, и я точно умер.

    Я посмотрел на свои руки, но не узнавал их. Тонкие, с болезненного цвета белой кожей и венами,

    которые выделялись на ней тёмными прожилками, отлично контрастируя с ней.

    Что со мной?

    Я встряхнул головой.

    Последнее, что я помнил, это голос, который звал меня, а дальше ничего. Пусто.

    Странно всё это. Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, но лёгкие сразу же обожгло сильной болью, а голова закружилась.

    — Кха-кха, — я закашлялся и закрыл ладонью рот, а когда убрал её, увидел на коже кровь.

    Я умираю? Судя по тому, что я видел, и по ощущениям, которые испытывал, меня отравили.

    «Судьба — коварная сука», — усмехнулся я про себя. Родившись с ядовитым магическим ядром, я был снова отравлен, причем явно чем-то сильным.

    Не повезло. Хотя везение никогда не было моей сильной чертой. Всему тому, что я достиг, я был обязан своему хладнокровию и уму. Глупо полагаться на удачу. Нужно просто всё тщательно спланировать и не косячить при исполнении. Это и есть секрет успеха.

    Я посмотрел вниз. Оказывается, всё это время я лежал на кровати. Полумрак, царивший в комнате, не особо мне мешал и глаза привыкли к нему уже в первые несколько секунд пробуждения.

    Не знаю почему, но я хорошо ориентировался в темноте, которая всегда была мне союзницей, нежели врагом.

    Но, где я?

    Осмотревшись по сторонам, я понял, что нахожусь в небольшой комнатке с окном в правой стене, на подоконнике которого стояло несколько горшков с цветами. Рядом с ним стоял письменный стол, на котором была чернильница, несколько разбросанных листов бумаги, а также парочка книжек.

    В противоположной стене обнаружилась дверь, а рядом с моей кроватью шкаф и прикроватная тумбочка, на которой тоже стоял горшок с растением, которого я раньше никогда не видел.

    Странно, травничество и ботаника всегда были моей сильной стороной.

    «Хотя, постойте-ка!» — я внимательно присмотрелся к растению, и понял, что оно не совсем обычное. В нём явно чувствовалось что-то до боли мне знакомое, но что?

    Я коснулся его пальцем и сразу же ощутил лёгкое покалывание на коже.

    «В нем есть магия!» — сразу же понял я.

    Но как? Почему?! В моем мире, такого быть просто не могло.

    Я с трудом, но все же нашел в себе силы переместиться по кровати ближе к растению и, наклонившись, втянуть его запах.

    Глаза невольно закрылись, когда я ощутил легкий и свежий аромат цветка, от которого по телу сразу начало распространяться приятное тепло.

    В это было сложно поверить, но это растение обладало какими-то целительными свойствами.

    Во всяком случае, его пыльца, которую я вдохнул с белоснежных бутонов, образующих нечто вроде колокольчика.

    Почувствовав себя немного лучше, я попытался подняться. Получилось. Скользнув взглядом вниз, я окончательно осознал, что тело не мое. Вместо закаленного десятками лет тренировок и сражений тела убийцы, я смотрел на щуплое, худое и болезненное туловище, которое, словно паутина, было оплетено темными нитями вен.

    Я попробовал переключиться на магическое зрение, дабы проверить магическое ядро и энергетическую паутину каналов, но у меня ничего не вышло, что было странно, учитывая, что это первое, чему учили человека, получившего магический дар.

    Но магию-то я, почему-то, ощущаю!

    Я вновь посмотрел на цветок. Он по-прежнему источал свой приятный аромат, который, как я уже понял, обладал каким-то целительным эффектом.

    «Интересно, а тут есть зеркало?» — подумал я, и покрутил головой по сторонам.

    Зеркало было. Оно висело над раковиной около двери. Сил встать у меня не было, но я уселся на кровати и смог увидеть свое отражение. Худощавое скуластое лицо в обрамлении длинных, слегка волнистых каштановых волос. Длинный шрам начинался на лбу и проходил через левый глаз, продолжаясь на щеке. Как удалось сохранить при такой травме сам глаз?

    Этого парня определенно можно было назвать симпатичным. Плохо… Запоминающаяся внешность. Я улыбнулся… Старые привычки, от них так просто не избавишься. Изумрудные глаза смотрели холодно и немного отстраненно. Этот взгляд… Это был определенно мой взгляд. Всё, что у меня осталось…

    Странно, что это тело еще живо и функционирует. Не знаю, чем оно было отравлено, но это явно была очень сильная вещь, ибо поражения, нанесенные организму, были колоссальные.

    Сидеть на кровати оказалось для меня сложным, поэтому я лег.

    Что со мной случилось? Как я оказался в подобной ситуации?

    А еще этот голос, который никак не уходил из головы…

    Я был так увлечен своими мыслями, что не сразу услышал приближающиеся в мою сторону шаги — для того, кто раньше был убийцей — непростительная вещь.

    Я замер и притворился спящим, незаметно приоткрыв один глаз. Этого мне хватало, чтобы видеть дверь.

    Шаги тем временем стихли у двери, а затем она открылась, и на пороге показался мужчина в годах. Высокий, широкоплечий, прямая и ровная осанка, волевые черты лица, все в нем выдавало то, что он военный.

    Уж в чем в чем, а в людях я всегда умел разбираться. Мне не требовалось и минуты для того, чтобы многое узнать о человеке. Чем он занимается, что любит или не любит, сильные и слабые стороны и многое, многое другое.
    Моя догадка насчет того, что незнакомец — военный, подтвердилась, когда я увидел, как он двигается. Во всех его движениях не было ничего лишнего, а сами движения были четкими и выверенными.

    Тем временем мужчина подошел к кровати и замер возле меня. Я ощутил на себе его цепкий, изучающий взгляд, а затем он тяжело вздохнул и, покачав головой, вышел.

    Вернулся он уже ведром и тряпкой.

    «Ого!» — удивился я, когда незнакомец коснулся чего-то возле моей кровати, и сразу же стало светло.

    — И за что только это вам все, — произнес он и, обмакнув ткань в воду, протер ею мой лоб и лицо. Затем он начал аккуратно обтирать тряпкой мое тело и когда с омовениями было закончено, он снова ушел.

    Будучи чистым, мне стало гораздо комфортнее. Боль во всем теле никуда не исчезла, но зато я теперь не был липким от пота.

    «Интересно, кто он?» — подумал я, а затем вновь притворился спящим, ибо услышал приближающиеся к моей комнате шаги.

    Военный вернулся. В этот раз уже с подносом.

    Мужчина же тем временем, поставив поднос на тумбочку, аккуратно взял мое ослабленное ядом тело и усадил меня на кровать, облокотив спиной на спинку кровати, не забыв при этом положить под спину подушку.

    И что он собирается делать? Продолжая изображать бессознательное тело, что для такого специализированного убийцы вроде меня, было раз плюнуть, я позволил незнакомцу произвести манипуляции.

    На подносе оказалась полупрозрачный пакет, который мужчина, слегка неловко соединил гибкой трубкой с катером, что стоял у меня в руке. Хорошо, что я его не выдернул, хотя очень хотел. Далее он произвел какие-то манипуляции и мне в вену медленно пошла жидкость. Я немного напрягся, так как там была магия. Но это был лишь питательный раствор, с каплей магии для лучшего усвоения организмом. Однако…

    — Надеюсь, вы выкарабкаетесь, молодой господин, — произнес он, бросив на меня взгляд, полный сожалений, а затем забрал поднос и вышел из комнаты, при этом не забыв погасить свет.

    Стоило мне остаться одному, как я сразу же решил узнать, что именно являлось источником света.

    Им оказался небольшой кристалл ромбовидной формы, коснувшись которого, я сразу же почувствовал магию внутри.

    Плюс он оказался теплым, практически горячим.

    «В этом мире что, все магическое?» — моему удивлению не было предела, ибо там, где я родился, все было по-другому.

    Да, кристалл, который мог светиться, создать было не особо сложно, но в тоже время он все-равно бы стоил невероятных денег и не все богачи могли бы позволить содержание таких магических предметов у себя в комнатах.

    Во всяком случае, не в каждой.

    А тут же, я, только проснувшись, обнаружил два предмета, содержащих в себе магию.

    А вот свою я никак почувствовать не мог.

    Неужели у меня ее не было?

    Хотя вполне логично. Тело-то другое. С чего я решил, что у меня будет тоже магическое ядро и сеть магических каналов, которые были у меня, когда я был в своем теле?

    От этого осознания стало немного грустно.

    С другой же стороны, я хотя бы жив. Вот только надолго ли? Тело, в котором оказалась моя душа, было сильно истощено последствиями отравления, и я был уверен, что часть яда все еще была в нем. Имей я возможность взаимодействовать со своим магическим ядром, то я бы быстро решил эту проблему. Проклятый ядовитый дар, который мне достался, легко позволял решать такие вопросы.

    Как, впрочем, и другие, из-за чего я и попал в гильдию.

    Дело в том, что моя магия позволяла мне создавать яды и синтезировать их, причем не только друг с другом, получая невероятные комбинации, но и проделывать это с предметами.

    Я с легкостью мог придавать свойства тех ядов, которые впитал мой организм ранее, например, воде или металлам.

    Да, хоть ложке или нужнику.

    Не удивительно, что когда меня продали работорговцам, узнав, что я обладатель магического дара, а затем перепродали, когда гильдия узнала какой именно.

    Воспоминания о своем детстве заставили меня горько усмехнуться, за что я сразу же поплатился

    приступом кровавого кашля.

    Тем темнее, раствор из пакета помог, и теперь я был условно сыт и не удивительно, что ослабленному организму сразу же захотелось уснуть. Да, я мог подавлять это чувство, но зачем? Сон иногда бывает полезнее любого лекарства, поэтому я закрыл глаза и практически сразу провалился в глубокий сон.

    * * *

    Ночью внутрь заходил знакомый мужчина, чтобы отсоединить трубку и унести пакет, но после этого я снова заснул. Утром я проснулся я от того, что дверь в комнату открылась.

    Разумеется, большой жизненный опыт позволил мне не выдать себя, и я даже не шелохнулся.

    В этот раз ко мне пришел другой посетитель.

    Мужчине было, как и вояке, далеко за сорок. Ленивые походка и движения, тучное телосложение, безразличный взгляд и одышка, уже говорили мне о многом.

    Например, что человек ведет сидячий образ жизни, ест не совсем здоровую пищу и очень далек от физических упражнений.

    Белая мантия с незнакомым мне гербом в виде чаши и короны над ней, вышитый в области сердца, была запачкана едой, а также на ней были несколько капель крови.

    Все это создавало образ не совсем надежного человека, но сделать я ему, в любом случае, прямо сейчас ничего не мог. Тело, как и раньше, было слишком ослаблено и каждое движение требовало от меня больших усилий, поэтому даже этому толстяку я был не противник, реши он что-либо со мной сделать.

    Пришлось положиться на волю случая, поэтому я продолжил лежать не двигаясь.

    Незнакомец тем временем остановился возле моей кровати и достал из кармана склянку с темно-красной мутной жидкостью. Брезгливо осмотрев меня, он достал из другого кармана металлический шприц и, набрав в него жидкость, вколол ее мне в руку. Благо вену было найти не сложно.

    Понаблюдав за мной пару секунд, он просто вышел.

    — Фуу-х, — я позволил себе небольшой вдох, чувствуя, как приятное тепло от укола разливается по моему телу. Не знаю, что это был за эликсир, но от него мне точно становилось лучше.

    А главное — там точно была магическая энергия. Я ощущал ее всем телом и душой, а это означало, что магию мой организм не отторгал.

    Я даже позволил себе немного улыбнуться. Меня лечили, а не пытались убить.

    Такого не случалось со мной, уже очень давно…

    Дальше я несколько часов посвятил сну, а после встал и немного походил. После инъекции целителя

    мне стало немного получше, но, сделав несколько шагов, я вынужден был вернуться обратно в постель.

    В обед ко мне снова зашел вояка, который помыл меня и «покормил», а затем удалился.

    Вид у него, к слову, был очень уставший.

    Также он зашел и вечером.

    Так повторялось несколько дней.

    Целитель делал мне инъекцию, после которой тело шло на поправку, а вояка кормил и мыл меня. Иногда даже немного разговаривал.

    — Надеюсь, скоро вы очнетесь, — произнес он вечером третьего дня и устало вздохнул.

    Мужчина был сильно измотан. Это было видно по кругам под его глазами, а также движениям, которые стали более медленными и тягучими.

    Интересно, что происходит? Я понимал, что меня лечат и, что скорее всего, это все не бесплатно. Не знаю, как обстояли дела с магией в этом мире, но даже если она использовалась повсеместно, не думаю, что зелья, которые мне кололи, были дешевыми и все могли себе их позволить.

    Помимо этого, мужчина всегда называл меня господином, а это означало, что он был моим слугой или наемником, причем в первый вариант мне верилось больше. Это могло говорить мне о том, что я мог быть, как аристократом, так и просто богатым человеком, например, купцом.

    Хотя второй вариант, вероятнее всего, отпадал. Несмотря на то, что целитель приходил один или два раза в день, было видно, что место, где я нахожусь, не из богатых. Да, тут было чисто, но не более. Уверен, что более дорогие лечебницы выглядели гораздо лучше, как и сервис, который они предлагали.

    Тем не менее, мне с каждым днем становилось лучше и лучше. И даже моя кожа теперь не была такой прозрачной и бледной, как четыре дня назад. А это не могло не радовать.

    А вот то, что в этот вечер, когда ушел вояка, у меня забрали цветок с тумбочки, меня расстроило.

    Во-первых, я к нему успел привыкнуть, и мне нравилось чувствовать его запах в комнате. А во-вторых, он хоть и немного, но позволял быстрее восстанавливаться моему телу. А на данный момент даже мельчайшие крупицы здоровья были очень для меня важны.

    Интересно, незнакомец заметит его отсутствие?

    * * *

    Заметил, да еще как.

    — Ты, жалкий червяк! — вояка схватил целителя за грудки и с силой вжал его в стену.

    — Ты… Ты… Пожалеешь! Я позову охрану! — толстяк попытался высвободиться, но в силе явно проигрывал, поэтому просто продолжал орать, как резанная свинья.

    Эта тактика, к слову, сработала и в комнату сбежался другой персонал лечебницы, который состоял, в основном, из женщин.

    — Это ты пожалеешь, что решил обмануть меня, — процедил сквозь зубы незнакомец и тряхнул лекаря так, что тот взвизгнул.

    — Я… Я не обманывал! — затараторил целитель. — Деньги, которые вы заплатили кончились и я…

    — Кончились?! — взревел воин и еще сильнее вжал толстячка в стену. — Я дал тебе пять золотых!

    — Этого хватило ровно до наступления вчерашней ночи! Но мы оставили его до утра! — начал оправдываться целитель. — Могу предоставить полный отчет! И…

    Было видно, что моему слуге, или кем он там мне являлся, не хочется этого делать, но он отпустил человека, и тот упал на колени.

    — С вас еще…

    Одного взгляда вояки хватило, чтобы он заткнулся.

    — Положите нас в комнату подешевле, — обреченным голосом произнес незнакомец, а затем повернул голову в мою сторону.

    Как часто я видел этот взгляд в глазах тех, за кем я пришел.

    Обреченность.

    Воин стоял и смотрел на мое иссушенное ядом тело и понимал, что без должного ухода я умру. Может не сегодня и не завтра, но через пару дней точно. Без ухода, зелий и даже цветка, который у нас с ним отняли.

    Ладно, хватит.

    Я открыл глаза и повернул голову в его сторону.

    Взгляд незнакомца изменился. Теперь в них было лишь удивление… и нежность?

    — Господин, вы…

    Я не знал его имени и даже своего, поэтому единственное, что я мог сказать и что звучало убедительно, это:

    — Где я? — неуверенно спросил я, изобразив на лице удивление.

    Для убийцы, всю жизнь прожившего во лжи, это не составляло труда.

    — Господин! — радостно воскликнул незнакомец. — Кхм-м, — надо отдать ему должное, он быстро взял себя в руки. — Вы очнулись! — произнес он, а спустя буквально мгновение в комнату вбежали несколько вооруженных людей в латах.

    Вояка сразу же напрягся, а его рука потянулась к поясу.

    — Что тут происходит? — вперед вышел один из рыцарей, сменив присутствующих оценивающим взглядом.

    — Ничего, все нормально. Ведь так? — произнес холодным тоном мужчина, посмотрев на толстяка, который еще больше вжался в стену, чем когда воин его держал.

    — Да, все в порядке… Произошло недоразумение, — произнес целитель, который явно хотел быть где

    угодно, но только не тут.

    В комнате, где я лежал повисло неудобное молчание.

    — Хорошо, — первым его нарушил стражник. — Идемте, — он кивнул своим, и все воины покинули небольшую комнату, в которую мы все по непонятным причинам смогли вместиться.

    — Господин, — незнакомец приблизился к кровати. — Вы в больнице Святого Хааля, — добавил он, изумленно смотря на меня.

    Видимо, ему до сих пор было трудно поверить, что я пришел в сознание.

    — Я ничего не помню, — сказал я следующую ложь, которая была ею лишь наполовину. У меня и правда не сохранились воспоминания о том, кем я был в этом мире, но зато остались те, которые я унес с собой из своего мира.

    Голос, помнится, мне про это точно что-то говорил и я попытался вспомнить, но добился лишь того, что голова снова заболела.

    — Ничего? Совсем ничего? — в голосе моего собеседника прозвучали нотки надежды.

    — Нет, — покачал я головой и попытался приподняться на кровати, чтобы удобнее было разговаривать.

    — Я помогу, — вояка бросился ко мне и начал помогать, хоть мне это особо и не требовалось. Я и сам бы мог справиться, но мне нужно было продолжать притворяться, дабы не выдать себя.

    — Спасибо, — поблагодарил я мужчину, имени которого я так и не знал. — Кто ты? — спросил я, посмотрев собеседнику в глаза.

    — Я…, — он растерялся. — Я Фредерик, слуга вашего от…, — он вдруг замолчал. — Ваш личный слуга, — поправил он самого себя.

    — А кто я? — задал я вопрос, который давно крутился у меня на языке.

    В прошлой жизни мое имя было похоронено в момент вступления в гильдию и было уже неважно, тот человек был мертв. Но по какой-то причине моя душа оказалась в совершенно другом мире.

    Удача ли это, либо просто прихоть высших сущностей, но я остался жив, хоть и попал в тело…

    — Так как там меня зовут?

    — Вы — Люк Кастельмор, — ответил Фредерик, смотря на меня глазами, полными грусти. — На вашу семью было совершено покушение. Злоумышленники отравили еду и, к сожалению, выжили только вы, — добавил он, опустив глаза вниз.

    Я усмехнулся про себя. Тот, кто раньше носил прозвище «Василиск», вселяющее в сердца людей страх, был отравлен за обычной трапезой.

    Что ж, интересный расклад. Обязательно со всем этим разберусь, но сначала.

    Я посмотрел на лекаря. Он инстинктивно, не отлипая от стены, медленно направился в сторону двери, смотря на меня глазами, круглыми от ужаса.

    — Так в чем, собственно, проблема? — спросил я его холодным тоном и улыбнулся своей фирменной улыбкой.

    Тот день, целитель по имени Тибольд из гильдии целителей, навсегда запомнил, как худший в своей жизни. Именно тогда, за всю прожитую им жизнь он ощутил такой страх, какой не испытывал никогда прежде.

    Это тело, это немощное тело мальца, который чуть не отдал богу душу, так контрастировало со взглядом зеленых глаз, который сейчас пристально смотрел на лекаря. Казалось… Казалось, что прямо сейчас на него смотрит сама Смерть!

    Глава 2

    Следующие несколько дней прошли вполне спокойно. По причине нехватки денег, которые, как мне позже объяснили, ушли на достойное захоронение моих родственников, меня перевели в другую палату. Теперь я лежал не один, а в компании. Что мне даже было на пользу.

    Общая палата, как она называлась в лечебнице, где я проходил лечение, была рассчитана на трех человек. В соседи мне достались капрал по имени Жак Порто и Густав Боансэ — владелец мясной лавки.

    Первый — высокий, стройный, с крепким телосложением военный обладал привлекательной для женщин внешностью и наверняка пользовался у них большой популярностью. А вот острым умом создатель его не наградил. Прибыв на побывку в родной город, вместо того чтобы как следует отдохнуть, выспаться и набраться сил, он в первый же вечер отправился в кабак, где и завершил его дракой. Проигравшись в пух и прах в карты, Жак не захотел отдавать свои кровью заработанные на войне деньги, в результате чего началась драка, во время которой он получил ножевое в бок, при этом накостыляв минимум пятерым шулерам.

    По его словам, разумеется.

    Вторым соседом был Густав. В отличие от бравого вояки, он имел вполне заурядную внешность. За такого даже глазу не за что зацепиться, как говорили у нас в гильдии.

    Кстати, люди с такой внешностью, как у хозяина мясной лавки, были идеальными убийцами.

    Идешь по дороге, а на встречу тебе такой вот Густав. Ты не обращаешь на него внимания, а затем у тебя под ребром уже торчит стилет, а самого Густава и след простыл.

    И ведь в толпе такого не найти, ибо никто даже не запомнил, как он выглядел.

    Но я что-то отвлекся.

    В отличие от Жака, он попал сюда по причине ограбления. Закрыв свою лавку, при этом взяв всю недельную выручку, господин Боансэ отправился домой, и по пути его подкараулили неизвестные. Ударом

    по голове сзади они вырубили мясника, а затем обчистили до нитки. В принципе, обычное дело, да не совсем. На этом грабители не остановились и вместо того, чтобы по-быстрому улизнуть, продолжили избивать бессознательное тело бедолаги.

    — Ах-ха! Ты бы видел, каким он сюда попал! — Жак громко усмехнулся, указывая на нашего соседа пальцем. — На нем живого места не было! Весь синий был! Я сначала подумал, что это вообще какой-то стрыг с проклятых земель! Ан нет. Человек. Просто изрядно побитый, — добавил он и громко засмеялся.

    Густав ничего ему не ответил, а просто перевернулся на кровати лицом к окну и спиной к господину Порто.

    Я же, в свою очередь, услышал новое для себя слово.

    — Проклятые земли? — поинтересовался я.

    — Ну да, — удивился Жак. — Не слышал, чтоль, про них ничего? — спросил он. — А! — он хлопнул себя по лбу. — Забыл, что ты ни черта не помнишь! — он широко улыбнулся, провел рукой по своим роскошным черным усам и наставническим тоном начал вещать. — Проклятые земли появились во время Войны за Наследие, в результате которой случился страшный катаклизм. В результате погибла куча народа, плюс использованная кем-то магия оказалась настолько сильной, что во время этого самого катаклизма образовался огромный разлом, который отделил часть земель Галларии и Иллерии от основного материка. Эти земли в последующем начали называться проклятыми, — закончил бравый вояка, явно оставшись довольным своим таким умным и полным ответом.

    Вопросов стало только больше.

    — И что теперь с этими землями? — поинтересовался я.

    — Хе-хе, а что с ними? Все с ними не так, как надо!

    — А поподробнее, можно? — попросил я, когда понял, что это и был ответ на мой вопрос.

    Жак недовольно цокнул языком.

    — Ну магия там проклятая, твари всякие и так далее, — он достал из своего рваного мундира трубку и закурил ее, хоть этого в палате делать было и нельзя.

    — Опять вы курить вздумали! — почуяв дым, встрепенулся хозяин лавки. — Прекращайте! Немедленно! А не то…

    — А не то что? — Боансэ поднялся с кровати и сразу же поморщился. Колотая рана в боку дело не шуточное, но надо отдать должное, держался капрал на удивление хорошо. Видимо, военная выручка вкупе с телом, привыкшим к различным невзгодам армейской службы, сделали свое дело, и Жак был куда выносливее, чем казался на первый взгляд.

    Подойдя к кровати Густава, вояка остановился и с надменной усмешкой начал буравить его своим взглядом.

    — Я… Я позову…
    — Да я тебя… — он занес руку, может для того, чтобы ударить, а может просто чтобы запугать, но я не стал оставаться в стороне.

    Да, тело все еще болело после яда, но я уже начал понемногу приходить в себя.

    — Не стоит, — я схватил его руку сзади.

    Несмотря на военную выучку, Порто вздрогнул.

    — Как… — он оглянулся назад. — Почему я…

    Я улыбнулся.

    Разумеется, сейчас в его голове родилась куча вопросов, вроде «Почему я не услышал, как он встал?» или «Как ему удалось подкрасться ко мне незамеченным?» и так далее, но все было просто.

    Во всяком случае, для меня.

    Мои навыки и умения ассасиарха понемногу возвращались ко мне. Да, я не мог использовать даже процент своей эффективности, ибо мое нынешнее тело было слишком ослаблено ядом, плюс банально не подготовлено для всех техник, которые я знал.

    Даже будучи я здоровым, мне бы все равно не удалось выжать из этого тела и пяти-десяти процентов того, что я умел, ибо Люк Кастельмор — фамилия и имя человека, в чьем теле оказалась моя душа, был обычным молодым человеком двадцати двух лет, который не сильно заморачивался развитием своего тела, но сейчас в его теле был я — человек, имя которого со страхом и трепетом произносили те, кто меня знал.

    Для тех же, за кем я был отправлен, оно звучало как приговор.

    — Не стоит, — холодно произнес я, отпуская руку капрала. — Если у вас хватает сил на то, чтобы встать, не поленитесь выйти из палаты и покурить где-нибудь в другом месте, — добавил я, ибо запах табачного дыма был неприятен и мне.

    Порто смерил меня недружелюбным взглядом и, не говоря ни слова, пошел в сторону двери, довольно ощутимо при этом задев меня плечом.

    Я усмехнулся, провожая бравого вояку взглядом.

    Не на того он решил оскалиться…

    — Спасибо, господин Кастельмор, — тем временем обратился ко мне Густав.

    — Не стоит, — я махнул рукой и вернулся на свою койку.

    — Но если бы не вы…

    — Ничего бы он вам не сделал, — спокойно добавил я, хоть и не был до конца уверен в том, что говорил. Несмотря на то, что Жак вел себя со всеми дружелюбно, часто улыбался и отпускал пошлые шуточки, его гнилую натуру я понял уже через несколько часов общения с ним.

    Таких, как он, я чувствовал за версту.

    — Так что все в порядке, — добавил я, чтобы мясник не переживал.

    — Все равно спасибо, — мужчина добродушно улыбнулся.

    А вот такие, как Боансэ, наоборот, всегда вызывали у меня симпатию. Несмотря на непримечательный внешний вид и кроткий характер, я был уверен, что этот человек был очень добр как с покупателями в своей лавке, так и с членами семьи.

    Кстати, о них.

    Когда дверь в нашу палату открылась, я подумал, что это вернулся Жак, но сразу же понял, что это не так, потому что с его приходом обычно в комнату сразу же влетал запах табачного дыма.

    Сейчас же, напротив, в палате запахло чем-то очень сладким, я бы даже сказал, приторным.

    Я повернул голову и увидел на пороге молодую женщину, которой на вид было слегка за тридцать. Длинные русые волосы, приятные черты лица, скромная, но в тоже время красивая одежда, которая хорошо подчеркивала ее стройную фигуру, не открывая ничего лишнего.

    «Дочка?» — подумал я, проследив за тем, как она, подойдя к кровати Густава, присела на ее край и поцеловала мясника в щеку.

    — Привет, милая, — поздоровался он с незнакомкой. — Господин Кастельмор, позвольте представить вам свою жену, — произнес Боансэ и искренне улыбнулся.

    Девушка встала и сделала легкий и изящный книксен.

    — Роза Боансэ, — представилась она и ее изучающий холодный взгляд пробежался по мне.

    Не найдя ничего интересного, она отвернулась и посмотрела на мужа.

    — Как ты, дорогой? — спросила она голосом, в котором не было даже малейшего намека на заботу, не говоря уже о любви.

    — Иду на поправку. Потихоньку. Через пару дней, возможно, смогу вернуться в лавку, — владелец мясной лавки, наоборот, источал радушие и буквально светился от переполняющих его чувств.

    Даже появление в палате Жака не омрачило его радости.

    — А, мадам Роза, — улыбнулся Порто. — Рад вас видеть. Вы как всегда прекрасны! — произнес он и провел рукой по своим у

    сам.

    Жена мясника смерила его уничтожающим взглядом и даже не удостоила ответом.

    Жак хмыкнул и лег на свою кровать.

    Видимо, такое происходило уже не первый раз.

    Дальше пара начала о чем-то переговариваться и обсуждать дела. Я быстро потерял интерес к их разговору и поудобнее устроившись на кровати, закрыл глаза, решив заняться медитацией, которая была полезна не только для выздоровления физической оболочки тела, но также с помощью особых упражнений я собирался восстановить и свое магическое ядро, и энергетическую паутину.

    Глубокий вдох и плавный выдох. Глубокий вдох и плавный выдох.

    Благодаря накопленному опыту своей прошлой жизни я быстро пришел к духовному равновесию, которое сразу же нарушилось, когда с помощью магического зрения я увидел предмет в кармане Розы.

    Это точно был какой-то яд.

    Я сразу же открыл глаза, внимательно посмотрел на жену мясника — вроде ничего необычного. Разве что серьги в ушах выглядят уж больно дорого.

    — Дорогой, пойдем выйдем, мне нужно сказать тебе что-то серьезное, — пока я смотрел на жену Густава, она встала с кровати и начала помогать подняться Боансэ и от меня не скрылся тот факт, что делала она это практически не скрывая своего раздражения, более того — презрения.

    Вот только владелец лавки слишком любил эту женщину, чтобы увидеть это.

    Пара вышла, а я вернулся к медитации. И в этот раз я собирался войти в «нужное состояние» не для выздоровления, а направить все свои силы, чтобы услышать разговор.

    И мне это удалось. Благо, отошла чета Боансэ не слишком далеко.

    — Вот, держи, — украдкой произнесла Роза, явно что-то давая своему мужу. — Это особые капли. Я купила их у лучшего лекаря в городе. Вышло дорого, конечно, но твое здоровье мне важнее любого золота, — добавила она.

    Вот же хитрая лисица. Услышав ее слова, передо мной начала вырисовываться определенная картинка, где молодая и красивая, но бедная девушка, вышедшая замуж за обычного скромного мужичка при деньгах, вдруг находит любовника и единственным препятствием, отделяющим их от счастливой жизни, является муж.

    Не зря же его избили до полусмерти, а не просто ограбили. Обычно воры так не поступают.

    Но Густав выжил, а это явно не входило в планы Розы.

    — Но, дорогая, это же, наверно, стоит огромных денег, — голос Боансэ прозвучал, как всегда, наивно.

    — Главное, чтобы ты был здоров, — продолжила плести свою ложь жена. — Держи, — она, видимо, отдала ему пузырек. — Только у меня к тебе одна просьба. Принимай так, чтобы лекарь не видел. Сам знаешь, никто не любит, когда вмешиваются в их работу. И главное, спрячь это зелье от своих соседей. Особенно от этого урода Жака, — дала она ему наставления.

    Послышался звук поцелуя.

    — А теперь идем. Мне пора в лавку, — ответила она, и чета Боансэ вернулась обратно в палату.

    Дальше она помогла мужу добраться до кровати, а затем удалилась.

    — Хороша у тебя жена! — потирая усы, произнес Жак, провожая женщину взглядом. — И что она только в тебе нашла?

    — Что-то, вот, нашла, — Густав был так рад приходу Розы, что даже слова Порто его не задели.

    Я же, продолжая медитировать, заметил, что яд, где бы он не находился, перекочевал в карман к владельцу мясной лавки.

    «Значит, решила отравить», — подумал я и, открыв глаза, с жалостью посмотрел на беднягу.

    Я еще раз посмотрел магическим зрением на Боансэ, убеждаясь, что яд точно у него.

    Хитра. Очень хитра. Отрава будет действовать потихоньку, а лекарь даже не узнает о том, что в его палате больной сам себя убивает.

    Странно для человека вроде меня, но я захотел ему помочь.

    Также я понял одну очень важную вещь. Раз я смог увидеть яд, а это было базовое свойство моего ядовитого ядра, значит, оно все еще со мной. Мне нужно было лишь его пробудить.

    И я, кажется, знал, как это сделать.

    * * *

    Когда наступила ночь и все уснули, я бесшумно встал с кровати и подошел к кровати Густава. Мясник не отличался особым умом и решил спрятать флакончик с ядом под подушкой.

    Аккуратно достать его, при этом не разбудив Боансэ, мне не составило труда, а затем я просто вернулся на свою кровать и начал внимательно изучать пузырек.

    Визуальный осмотр показал мне, что отрава точно насыщена магической энергией, которая, наверняка, усиливает ее свойства.

    Получается, что в этом мире тоже есть магические яды.

    Это очень интересно!

    Далее я откупорил пробку и понюхал.

    Пахло очень вкусно. Легкий цветочный аромат с оттенком цедры.

    Дилетантка! Если хотела выдать яд за лекарство, то серьезно просчиталась. Все лекарства пахнут плохо и имеют отвратительный вкус.

    Кстати, насчет вкуса. Я капнул из склянки на кончик пальца и лизнул его. Спиртовая основа, логично.

    Сладкий вкус, а это означало, что яд, скорее всего, имеет природное происхождение и создан из какого-то цветка.

    Так, а теперь самое интересное. Я закрыл глаза и, приняв удобную позу, начал медитировать. И каким же было мое удивление

    , когда я увидел, как капелька яда с магией, попав в мое горло, стала чем-то вроде катализатора, запустив всю мою магическую цепь.

    Я не смог сдержать улыбки, когда увидел, как медленно и неуверенно в моей груди — там, где располагалось магическое ядро, вдруг запульсировала маленькая изумрудная точка, пульсация которой с каждой секундой начинала ускоряться. Затем вдруг произошел выброс магической энергии, и моя энергетическая паутина начала заполняться уже моей ядовитой маной.

    А теперь, посмотрим на что нынешний я способен.

    Я положил пузырек на стол и, вытянув руку вперед, начал концентрировать на ней мою магическую энергию. Из-за того, что ядро было очень маленьким, а энергетические каналы очень тонкими, процесс был не быстрым, и по прошествии лишь часа мне удалось создать на кончике пальца небольшую капельку, которая была точной копией той, что я поглотил.

    Моей радости не было предела. Я готов был встать и пуститься в пляс. Моя сила была со мной, а это означало…

    Это многое значило, но в долгосрочной перспективе. Сейчас я был очень слаб как в физическом плане, так и в магическом, но, разумеется, я не собирался таким оставаться.

    Голос, который говорил со мной, видимо, дал мне второй шанс, который я не собирался упускать. Да, в прошлой жизни я делал много всего плохого, но в этом мире у меня есть шанс начать все с чистого листа.

    И я его не упущу.

    Встав с кровати, я вернул пузырек обратно под подушку Густава, а затем лег на кровать. Разумеется, от меня не скрылся тот факт, что Жак, который был еще тем ушлым типом, заметил, как простак Густав что-то прячет под подушкой, и я уверен, что Порто был из тех людей, которые за деньги продадут мать родную.

    Что ж, пусть так.

    Я закрыл глаза и сделал вид, что уснул, а спустя около получала раздался звук шагов, а затем снова тишина. Спустя пару минут пробка флакончика была откупорена, а так как Жак, был недалеким и жадным, а главное, большим любителем выпить, то я был уверен на сто процентов, что он выпьет все содержимое склянки целиком.

    Заснул я с улыбкой, ибо знал, что будет утром.

    * * *

    Проснулся я от криков одной из девушек, которые занимались уборкой в палатах и выносили ночные утки.

    Открыв глаза, я не удивился тому, что увидел.

    Жак Порто бездыханным телом лежал на кровати, а его роскошные усы, которые он так любил, были покрыты зеленой пеной.

    Флакон, отданный Розой Густаву, лежал около его кровати и был практически опустошен.

    На дне еще было несколько капель, но вот употребить их мне не удалось, ибо в палату пришел лекарь.

    Тот самый, которого я напугал до состояния, что он чуть не обделался.

    Стараясь не смотреть на меня, он подошел к вояке, проверил его пульс, а затем наклонился и поднял склянку.

    — Вы раньше видели это у него? — спросил он, в первую очередь посмотрев на меня.

    — Нет, — покачал я головой и когда он повернулся к Густаву, начал активно жестикулировать ему, стараясь показать бедолаге, что тот тоже должен быть не в курсе.

    Боансэ оказался умнее, чем я думал и тоже ответил, что видит это впервые.

    Дальше работники лечебницы унесли труп, лекарь забрал яд и постарался как можно быстрее покинуть нашу комнату.

    Стоило нам остаться наедине, как я сразу же решил поставить все точки над «i».

    — Густав, — я сел на кровать Жака, которая стояла между нами. — Ты понимаешь, что случилось? — спросил я, посмотрев хозяину мясной лавки в глаза.

    — Нет, — он покачал головой.

    Я тяжело вздохнул.

    — Извини, но я подслушал твой разговор с Розой. Это зелье, которое она тебе дала — яд. Он должен был убить тебя, но Жак, видимо, увидел, что ты что-то прячешь под подушкой, и решил воспользоваться этим. Итог ты видел сам, — произнес я, и, если честно, на Боансэ было жалко смотреть.

    — Но как… Почему? Роза же…

    — Густав, послушай меня, пожалуйста. Внимательно, хорошо? — произнес я, а мясник кивнул.

    Далее, я поделился с ним своей догадкой. Мужчина не сдержался и по его щекам потекли слезы.

    — Но я же ее так люблю…

    — Иногда, этого недостаточно, — произнес я. — А сейчас, всё еще любите?

    — Я… я не знаю. Нет… наверное… — бедный Густав не находил слов. — Я так много для нее сделал… А она… Не хотела детей, и последний раз мы вместе спали через год после свадьбы… Но я не смогу… Я не смогу ничего сделать! Я всего лишь обычный предприниматель… Что… Что мне делать, Люк?

    — Ничего не делать, господин Боансэ. Вы хороший человек, вот им и оставайтесь. Это от нее письмо? — я кивнул на

    его тумбочку, где лежал конверт.

    — Да, — обреченно ответил он.

    — Я возьму?

    — Без разницы, — ответил Боансэ, после чего лег на кровать и повернулся к окну.

    Сейчас его лучше было не беспокоить.

    К тому же у меня уже созрел план мести, который я собирался осуществить.

    Я взял письмо и вернулся на кровать.

    Теперь попробуем смогу ли я использовать свои магические умения.

    Первое, что от меня требовалось — это создать яд. Получилось. Капелька прозрачной бурой жидкости появилась на кончике моего пальца.

    Далее я вложил большую часть оставшейся магической энергии, чтобы сделать эту каплю максимально концентрированной — и снова успех.

    На это ушла, практически, вся моя мана, но это того стоило.

    И последнее. Я взял конверт и коснулся его углом капли, а затем объединил между собой яд и бумагу.

    Осталось дело за малым. Нужно было просто отдать конверт Розе. И этот шанс мне подвернулся днем.

    Жена Густава вошла в палату, как всегда, с надменно поднятой головой. Боансэ все это время лежал в позе эмбриона, поэтому даже не повернулся к жене.

    Еще бы, учитывая то, что она хотела с ним сделать.

    — Дорогой, — Роза села на кровать и коснулась мужа.

    И снова это отвращение на ее лице…

    Густав даже не шелохнулся.

    Так как любви у этой женщины к своему мужу не было, она даже не стала настаивать на дальнейшем общении.

    Встав, она просто решила покинуть нашу палату, но я ее остановил.

    — Это ведь ваше? — спросил я миссис Боансэ, протянув ей конверт.

    — Да, откуда это у вас?! — она подошла и резко выдернула его из моих рук.

    Перчаток нет. Замечательно!

    Я внутренне возликовал, ведь весь мой план мести жене Густава мог рухнуть в один момент, если бы на ней были обычные перчатки.

    — Валялось на полу, — соврал я.

    — Ясно, — она явно не поверила мне.

    Повернув голову к мужу, она спросила.

    — Что с ним?

    — Грустит от того, что вы пытались его отравить, — честно ответил я.

    Надо отдать ей должное, актрисой она была хорошей. Ее лицо изменилось лишь на мгновение, но она быстро вернула контроль над своими эмоциями.

    — Что вы несете?! — она окинула меня уничтожающим взглядом.

    — Только то, что вы слышали, — все в той же спокойной манере ответил я. — Вы дали мужу яд, но по случайному стечению обстоятельств его выпил другой человек. Господин Жак, вы видели его ранее, — я кивнул на кровать Порто.

    В комнате повисла неуютная тишина.

    — Вы больны! — она посмотрела на кровать Густава и на ее лице промелькнули нотки раздражения.

    Еще один уничтожающий взгляд достался мне, а затем она просто вышла из палаты.

    — Люк, скажи, что мне делать? — стоило жене уйти, спросил меня Густав.

    Признаться честно, я даже не знал, что ему ответить. В своей прошлой жизни я любил лишь единожды, и все это закончилось крайне печально, поэтому в этой теме я был плохим советчиком.

    — Жить дальше, — ответил я.

    В палате снова повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь всхлипами Боансэ.

    — Но, как? — он перевернулся на другой бок и мы встретились взглядами.

    — Не знаю, — я покачал головой. — В этом я тебе не помощник, — добавил я и в дверь постучали.

    По стуку я сразу понял кто это.

    — Входи, Фредерик — пригласил я своего слугу, и он молнией влетел в палату.

    — С вами все в порядке, господин?! — спросил он, смотря на меня глазами, в которых я почувствовал нотки страха.

    — Да, успокойся, — улыбнулся я. — Со мной все в порядке.

    — Хвала Регойду, — вояка облегченно вздохнул. — Когда я узнал, что здесь кого-то отравили, то сразу же подумал, что это будете вы, господин, — добавил слуга и посмотрел на пустую кровать рядом. — Выходит, отравили этого… Как там его…

    — Жака Порто, — напомнил я имя младшего сержанта, которого Фредерик невзлюбил с самого первого их знакомства. Видимо, как и я, он сразу же понял, что из себя представляет этот человек, поэтому, даже будучи с ним практически не знакомым, он изначально не питал к нему ни малейшей симпатии.

    Скорее даже наоборот — испытывал неприязнь.

    — А, ладно, — без толики сочувствия произнес вояка. — Мир не много потерял с его уходом, — добавил он, и протянул мне какую-то коробку, которую я давно заметил в его руках. — Привез из дома то, что вы просили.

    — Спасибо, — поблагодарил я Фредерика и, открыв ее, широко улыбнулся. Помимо того, что в ней оказались книги по истории, также в коробке обнаружилась тетрадь прежнего Кастельмора, в которой он делал записи своих экспериментов.

    Как оказалось, бывший владелец тела, был человеком замкнутым и нелюдимым. Большую часть всего своего времени, он проводил в лаборатории, где не только создавал различные целебные настойки, мази, бальзамы и припарки, но также занимался ядами.

    Не знаю, было ли это совпадение, что я попал именно в его тело и при таких обстоятельствах, но все
    было именно так.

    Кстати, не удивительно, что из всей своей семьи выжил только Люк. Наверняка, за все те года, пока он работал с ядами, у него сформировался какой-никакой иммунитет к ним.

    Я вообще не думаю, что этого молодого человека можно было отравить обычным ядом, а значит, он явно имел магическое происхождение, что меня вовсе не удивило, учитывая, что даже обычная жена мясника смогла его купить.

    — Видимо, те, кому он должен был деньги, решили его запугать, но все зашло слишком далеко, — произнёс Фредерик, посмотрев на кровать Жака.

    Эх, если бы…

    Жаль, что все было по-другому.

    — Это меня хотели отравить, — голос Густава прозвучал очень тихо.

    Фредерик посмотрел на меня, и я кивнул.

    — Жак просто вор и своровал яд, который был предназначен господину Боансэ, — сказал я вояке, и он пожал плечами.

    — Что ж, получил заслуженное, — сказал и посмотрел на мясника, который лежал на своей кровати и просто смотрел в потолок. — В любом случае, я рад, что вы не пострадали, господин, — он сел на краешек кровати. — Мне нужно снова вернуться в поместье, дабы закончить дела, но вскоре я приеду за вами и отвезу вас домой, — мягко произнес он и его глаза остановились на тетради у меня в руках. — Надеюсь, благодаря ей вы сможете хоть что-нибудь вспомнить, — добавил он и тяжело вздохнул.

    — Возможно, — соврал я, не желая заставлять грустить Фредерика.

    — Хорошо бы, — грустно улыбнулся он. — Если вам что-то еще…

    — Нет, спасибо, у меня все есть, — я кивнул на коробку с книгами.

    — Тогда до встречи через пару дней, — вояка встал и пошел к выходу. — Кстати, выглядите гораздо лучше, господин, — остановившись в дверях, сказал он.

    — Знаю. Когда приедешь, буду почти здоровым, — улыбнулся я слуге, и тот улыбнулся в ответ.

    Затем он покинул лечебницу, ну а я, посмотрев на Густава, который, видимо, совсем потерял волю к жизни, решил его не беспокоить, поэтому углубился в чтение.

    И начал я, разумеется, с тетради Люка.

    Интересно, насколько он был хорош в создании ядов?

    Глава 3

    Последующие несколько дней пролетели для меня незаметно. Я словно губка впитывал информацию из книг, которые принес мне Фредерик, и смаковал тетрадку старого Люка, в которой было написано столько всего интересного, что я даже не знал с чего начать.

    Помимо рецептов различных ядов, которых в ней было больше двух десятков. Бывший владелец тела с большой внимательностью и присущей ему скрупулезностью записывал и зарисовывал все травы, которые удавалось находить ему в родовом лесу, а затем сверял их записями прошлых поколений, которых была целая библиотека.

    «Хочу туда!» — была моя первая мысль, когда я узнал о библиотеке, но так как Фредерик должен был приехать за мной только через пару дней, пришлось взяться за историю этого мира, которая оказалась очень даже интересной, но так как в первую очередь меня интересовала магия и как она здесь «работает», я сконцентрировался на изучении именно этого вопроса, и вот к каким выводам я пришел.

    Во-первых. В этом мире магия у людей встречалась гораздо чаще, чем в моем. Многие люди рождались здесь с магическим ядром или, как тут его называли, «Магическим сердцем», вот только не у всех оно могло развиваться, оставаясь в зачаточном состоянии всю их жизнь.

    В итоге такие люди могли разве что использовать предметы, в которых уже содержалась своя мана, вроде того же осветительного кристалла, который зажег Фредерик, когда я лежал в отдельной палате, но на большее их не хватало.

    Помимо таких людей, которых было большинство, встречались и те, у кого магическое сердце и так называемые магические каналы, исходящие от него, развивались со временем. Запас магической энергии у таких людей был в раз больше, и благодаря этому у них появлялась возможность стать «магическими донорами».

    Иными словами, они могли заряжать своей магией предметы, в которых исчерпалась мана. И, судя по тому, что я вычитал из книг, такие люди ценились в любой стране и получали за это приличные деньги.

    Все вышеописанное касалось, только так называемого «нейтрального элемента» магии, с которым рождалось более девяноста процентов людей, обладающих магическим сердцем или, как в оно называлось в моем мире, магическим ядром.

    Нейтральная магия или бесцветная не могла перетекать в какие-либо формы, а значит, люди, обладающие ею, не могли использовать заклинания.

    При этом, помимо стязи быть «донором», люди с потенциально сильным магическим сердцем могли стать артефакторами, специализаций которых в этом мире было превеликое множество.

    Те же зелья, содержащие магическую энергию, которые ежедневно вкалывали мне целители, были созданы благодаря алхимикам, а растение, усиливающее регенерацию, выращено «Друидом» — так называли здесь магического агронома или флориста.

    Разумеется, существовали магические кузнецы, оружие из-под молота которых могло быть невероятно сильным и, судя по тому, что я вычитал в книгах, не уступало по силе артефактам из моего мира.

    Это все я вычитал в книге под названием «История Магии», которая лежала в коробке вместе с остальными.

    — Густав, что ты знаешь про магию? — спросил я соседа. Во-первых, мне было интересно послушать, что он скажет, а во-вторых, я хотел хоть немного отвлечь его от мрачных мыслей, в которые он погрузился после того, как человек, которого он любил всей своей душой, пытался его отравить.

    Боансэ немного оживился. Видимо, я был не прав, и ему хотелось общения, но врожденная скромность и стеснение не позволили ему заговорить со мной первым.

    — Очень мало, господин Люк. К сожалению, я не обладаю и толикой магии. Вся домашняя магическая утварь была на Розе, — ответил он, и я заметил, как он напрягся при упоминании ее имени.

    Не погрустнел, не отчаялся, а именно напрягся.

    Неужели за несколько лет его отношение к этой женщине изменилось?

    — Знаю только, что есть бесцветная магия — магия простолюдинов и цветная, с которой рождаются только те, в чьих жилах течет благородная кровь, — ответил хозяин мясной лавки, чем подтвердил информацию, которую я получил из книги.

    Действительно, так называемой «цветной маной» обладали только аристократы и, как правило, дети

    наследовали тот цвет магического сердца, какой был у их родителей.

    Что же касается цвета. Тут все сложно. Если верить информации из книги, то существовало четыре основных цвета, каждый из которых представлял одну из четырех стихий.

    Красный — огонь. Синий — вода. Коричневый — земля и Светло-голубой — воздух. Это были четыре основных цвета, магическая энергия которых уже могла принимать различные формы — заклинания.

    Помимо этих четырех элементов, существовали два более редких.

    Первый — свет. Второй — тьма. Они встречались гораздо реже, чем четыре основных, но все же дети с золотой и черной маной время от времени появлялись на свет.

    Опять же, отпрыски несли в себе цвет маны своих родителей, а древние рода с наследственным даром к черной и золотой магии все еще существовали.

    Во всяком случае, на территории Галларии, если верить этой книге.

    Последними были уникальные магические стихии, которые были крайне редки.

    О них в книге, к моему великому сожалению, говорилось очень мало. У меня, судя по описанию, был как раз уникальный цвет маны — ядовито-зеленый, что означало, что я тоже смогу использовать заклинания. Осталось только понять, как и какие.

    Хотя я буду доволен даже тому, если смогу использовать те умения своего ядра, которые были у меня при жизни в другом мире.

    — А еще что-нибудь? — спросил я Боансэ.

    — Нет, господин Люк. На этом мои знания заканчиваются. Я никогда не интересовался этим вопросом. Вообще, если честно, я мало чем интересовался в этой жизни и, думаю, именно поэтому моя жена решилась пойти на этот шаг, — добавил мой собеседник и я заметил, как по его щекам снова потекли слезы.

    — Все можно изменить, — ответил я Густаву.

    — Не думаю, — он обреченно покачал головой. — Может мне стоит попросить Розу купить еще яда? Зачем мне жить? Зачем возвращаться в лавку и дом, где уже давно спит другой мужчина? Как мне вообще дальше жить, зная, что человек, которого я любил, предал меня, изменив, а затем и вовсе решив отравить? — произнес он и повернулся ко мне, явно намереваясь получить ответ.

    Вот только я его не знал. Моя прошлая жизнь была далека от настолько приземленных проблем. Всю свою недолгую жизнь я только и делал, что пытался выжить, ибо каждая передряга, в которые я частенько попадал, могла оказаться для меня фатальной.

    «Интересно, а нужно ему говорить о том, что его жена вряд ли ему уже что-то купит?» — подумал я, понимая, что моя манипуляция с конвертом, скорее всего, уже отправила Розу на тот свет.

    — Самоубийство точно не выход, — ответил я. — Если вы убьете себя, то сделаете только одолжение своей жене и ее любовнику. Они получат все, чего добивались, а вы, соответственно, проиграете. Я бы посоветовал вам жить дальше. Да, измену пережить тяжело, но жизнь продолжается. Вы еще можете начать все заново. Найти женщину, которая будет любить только вас, завести детей и жить счастливо. Все в ваших руках. Главное перестать себя жалеть и, несмотря на все случившееся, жить дальше, — сам я так считал только частично, за измены и предательства наказанием считал только смерть и никак иначе, но этот человек мне нравился, и мне хотелось его подбодрить. Поэтому я постарался произнести все это уверенным голосом.

    Мой собеседник всхлипнул.

    — Но как? Как я вернусь? Она же…

    Договорить он не успел, ибо дверь в палату резко отворилась, и на пороге появился седой мужчина в мундире городской стражи.

    — Кто из вас месье Боансэ? — поинтересовался представитель местной власти.

    — Я, — неуверенно ответил Густав и приподнялся на кровати.

    — Меня зовут Паскаль Рожэ. Я сержант городской стражи. Роза Боансэ — ваша жена? — спросил мужчина, окинув меня и владельца мясной лавки цепким оценивающим взглядом.

    — Да, а что случилось? — спросил Густав дрожащим голосом.

    — Она мертва, — ответил сержант.

    Боансэ зажал рот рукой.

    — Как это случилось? — растерянно спросил он.

    — Отравилась ядом, — ответил Паскаль. — Тем же, которым пыталась отравить вас, — добавил он, смотря на бедолагу, который, казалось, в любую секунду готов был разрыдаться.

    Несмотря на то, что эта женщина предала его, он ее все равно любил…

    — Роза мертва, — Густав закрыл глаза руками. — Мертва…

    Надо отдать Рожэ должное, он дал время Боансэ свыкнуться с этой мыслью и только потом продолжил.

    — Мне нужно будет задать вам пару вопросов, — произнес он, почему-то смотря на меня.

    — Мне выйти? — поинтересовался я.

    — Да, господин…

    — Люк Кастельмор, назвал я имя человека, в чьем теле находился.

    — А, тогда не смею вас беспокоить, — произнес Паскаль, понимая, что я благородный.

    Хоть и из пратически обнищавшего рода.

    Но этого-то он не знал.

    Хотя это было понятно уже потому, что я лежал мало того, что в общей палате, так еще и место, где она находилась, явно было не из лучших.

    Тем временем Рожэ приступил к допросу, из которого я понял, что часть информации он уже и так знал, и ему ее требовалось лишь подтвердить.

    А вот когда я услышал, что в расследовании фигурирует письмо, я насторожился.

    — О каком письме идет речь? — удивленно спросил Густав, когда услышал теорию Паскаля, что она отравилась именно через бумагу.

    — Это, — он достал из кармана стеклянную мензурку, внутри которой находился свернутый в трубочку конверт.

    Надев толстые кожаные перчатки, мужчина осторожно откупорил крышку и достал письмо, а затем показал его Густаву.

    Разумеется, он узнал его. Но вот что странно, мясник и бровью не повел, а лишь сказал:

    — Это ее почерк, а не мой, — произнес Боансэ.

    — Верно, — кивнул Рожэ. — Но вы ведь получали его?

    — Да, но не успел прочитать. Я даже не успел его распечатать. Роза забрала его, сказав, что сама скажет о том, что в нем написано, — соврал Паскалю хозяин мясной лавки.

    Сержант нахмурился.

    — Странно, — задумчиво произнес он, а затем повернулся ко мне.

    Я сделал вид, что устал от их разговора, смерив полицейского недовольным взглядом.

    — Спасибо, что ответили на мои вопросы, господин Боансэ, — Рожэ нехотя пошел к выходу. — До свидания, господа, выздоравливайте, — сказал он уже в дверях, после чего, прежде чем скрыться за ней, еще раз посмотрел на меня.

    Этот взгляд мне сразу не понравился. Я знал, что он значит, а это всегда сулило лишние проблемы.

    Неужели придется…

    Я покачал головой. Нет, нельзя думать, как Василиск! Я же решил, что начну жизнь с чистого листа.

    Хотя не успел я переродиться, а уже стал причиной смерти одного человека.

    Возможно, даже двух. Ведь я не помешал Жаку выпить отраву, хоть и мог.

    Когда Рожэ ушел, некоторое время в нашей палате царило неуютное молчание. Густав бросал на меня косые взгляды, но, видимо, спросить напрямую то ли боялся, то ли просто стеснялся, поэтому пришлось взять инициативу в свои руки.

    — Господин Боансэ, у вас ко мне есть какие-то вопросы? — вежливо поинтересовался я, повернувшись к мужчине.

    — Нет… — неуверенно ответил он. — А вообще да, — следующие слова дались ему явно нелегко.

    — Я весь во внимании, — спокойно ответил я.

    — Моя жена, это вы ее… — он оборвал свою мысль на полуслове, ибо в палату вошла девушка, чтобы забрать утки.

    Когда она ушла, он продолжил.

    — Просто вы спрашивали про письмо и… А потом она…

    — Думаете, я каким-то образом смог отравить ваше письмо? — изобразил я удивление.

    — Но ведь господин Паскаль сказал, что она…

    — Была отравлена, да, — закончил я за мясника.

    — Но письмо…

    — Я просто его передал, — спокойно продолжил я гнуть свою линию, продолжая сеять семена сомнений в его душе. — Как, по-вашему, я мог его отравить?

    — Я… Я не знаю, — ответил Густав.

    — Тогда почему вы это спрашиваете у меня? — решил пойти я в атаку. — Вы когда-нибудь слышали, чтобы люди могли отравить что-то прикосновением?

    — Нет, но…

    — Могу я поделиться своим мнением на этот счет? — поинтересовался я.

    — Да, конечно, — закивал Боансэ.

    — Думаю, это сделал ее любовник. Их замысел не удался, и чтобы спасти свою шкуру, он отравил Розу, а сам, вероятнее всего, скрылся. Думаю, какие-то деньги у нее были, — произнес я, наблюдая за тем, как Густав все больше и больше верит моим словам.

    Хозяин мясной лавки тяжело вздохнул.

    — Вы правы, господин Люк. Скорее всего, так и было, — ответил он и сел на кровать.

    — Что собираетесь дальше делать? — поинтересовался я.

    — Жить дальше, — на его губах появилась грустная улыбка.

    — Верное решение, — я тоже принял сидячее положение. — Я уверен, что вы еще сможете найти человека, который будет любить только вас. Неужели у человека вроде вас нет ни одной клиентки, за которой можно было бы приударить? — спросил я и понял, что попал в точку.

    — Мадам Лешуа, частенько справлялась о моих делах и здоровье, — ответил Густав и немного покраснел.

    — Эта та милая женщина, которая навещала вас пару дней назад? — спросил я, и щеки моего собеседника налились краской, аки спелый помидор. — Хочу отметить, что она весьма недурна собой!

    — Ну что вы, господин Люк, прекратите меня смущать, — Боансэ махнул рукой в мою сторону.

    Какой же он наивный и добродушный, — подумал я, немного даже завидуя этому человеку. Да, его постигла неудача, но он остался жив и сможет дальше продолжать свою спокойную жизнь. Может он снова жениться, возможно, у него даже появятся дети и так далее.

    Я почему-то такой судьбы для себя не видел. Да, это был новый мир, где я мог бы начать все с чистого листа, но я не успел прожить здесь и недели, а уже успел отравить человека.

    Да, она была той еще стервой и сама пыталась убить мужа. Но я же мог просто оставить все как есть и не лезть в это дело.

    Вот только не смог.

    Я грустно улыбнулся.

    — С вами все хорошо? — обеспокоенным голосом поинтересовался Густав.

    — Да, просто вспомнил кое-что очень грустное, — ответил я хозяину мясной лавки и, взяв в руки книгу по магии, которую я так и не дочитал, лег обратно на кровать.

    — Прошу прощения, что я начал говорить гадости про вас, — виновато произнес Боансэ.

    — Не переживайте, — я посмотрел на мясника и улыбнулся. — Забудем

    — Но…

    — Забыли, господин Боансэ, — надавил я, и Густав, закивав головой, улегся обратно на кровать.

    — Вас ведь скоро выпишут, да? — спросил он меня через пару минут.

    — Скорее всего, — ответил я.

    — Жаль, — грустно произнес мой собеседник.

    — Почему? — удивился я, поворачиваясь к хозяину мясной лавки.

    — Можете считать меня наивным идиотом и неудачником, но вы первый человек за много лет, который отнесся ко мне по-доброму, — он лег на бок и повернулся к окну. — Могу я считать вас другом? — ему явно было сложно спросить это в лицо, поэтому Густав предпочел сделать это, обращаясь ко мне затылком.

    — Можете, — спокойно ответил я, и Боансэ вздрогнул.

    — Спасибо, — поблагодарил меня Густав, и я вновь услышал, что он зарыдал.

    До утра следующего дня мы с ним не разговаривали. А у меня было время поразмыслить о том, что мне делать с моей новой жизнью…

    Источник - knizhnik.org .

    Комментарии:
    Информация!
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
    Наверх Вниз