Ольга Самофалова

 Триллион рублей сверхдоходов может положить Россия в кубышку по итогам этого года. Такой план озвучил глава Минфина Антон Силуанов. Последние четыре года Фонд национального благосостояния работал больше на поддержку бюджета и экономики. Однако Минфин хочет ужесточить бюджетное правило и вернуть опцию накопления, вместо расходования резервов.

Объем Фонда национального благосостояния (ФНБ) увеличится в июне на 220 млрд рублей, а по итогам 2026 года пополнение может составить 1 трлн рублей, заявил в рамках ПМЭФ министр финансов Антон Силуанов. Но все зависит от уровня средней цены на нефть, добавил он.

При этом предложение накапливать средства ФНБ в рублях Силуанов отверг. Такую идею озвучивал в Петербурге глава комитета РСПП по торговой политике и ВТО Алексей Мордашов. По словам Силуанова, копить резервы в рублях нет смысла, так как накопления в долларах – как было раньше, и в юанях – как сейчас, позволяет сглаживать колебания курса рубля.

«Еще до начала СВО в 2020-2021 годах из структуры ФНБ был исключен американский доллар. Кроме того, была снижена доля евро и фунта стерлингов. И были включены новые активы – юань, йена и золото. После начала СВО остатки в фунтах стерлингов, евро и йенах были обнулены, а юань и золото фактически стали основой фонда», – говорит Николай Дудченко, аналитик ФГ «Финам».

Министр финансов также заявил о необходимости возврата к более строгому бюджетному правилу. Это связано с тем, что в предыдущие годы, когда стране нужны были ресурсы, ослабление правила способствовало укреплению курса рубля. Теперь власти пришли к пониманию, что нужно возвращаться к той политике, которая была раньше, чтобы курс стал более предсказуем.

«ФНБ в последние годы перестал быть просто копилкой на черный день и стал рабочим источником устойчивости бюджета. По Бюджетному кодексу ФНБ можно использовать для покрытия дефицита федерального бюджета, а формируется он за счет дополнительных нефтегазовых доходов. То есть когда нефть и газ дают сверхдоходы, деньги откладываются, а когда доходы проседают или расходы резко растут, фонд расходуется», – поясняет Владимир Чернов, аналитик Freedom Global.

За последние четыре года из ФНБ использовали 15 трлн рублей, но они пошли не только для поддержки бюджетных расходов. Более 4 трлн рублей из них были вложены в экономику, в инфраструктурное и технологическое развитие, говорил ранее Силуанов.

Статистика показывает, что номинально ФНБ выглядит большим, но реальная свободная подушка безопасности – ликвидная часть фонда – сильно сократилась,

отмечает Чернов. Так, в начале 2022 года общий объем фонда был около 13,6 трлн рублей, и на 1 января 2026-го изменился не сильно – 13,4 трлн рублей. Однако ликвидные активы сократились с 8,8 трлн рублей (на 1 февраля 2022 года) до 4,08 трлн рублей. За последние пять месяцев общий объем фонда снизился до 12,955 трлн рублей, а ликвидная часть – до 3,412 трлн рублей.

Поэтому желание Минфина ужесточить бюджетное правило, чтобы больше пополнять кубышку, а не тратить, вполне понятно. Получится ли положить триллион рублей по итогам 2026 года на счет ФНБ?

Для этого нужны три условия: средняя цена Urals должна держаться заметно выше бюджетной отсечки 59 долларов за баррель, рубль не должен быть слишком крепким, потому что иначе режет нефтегазовые доходы в рублевом выражении, и не должно быть сильного падения физических объемов экспорта нефти и газа, говорит Чернов.

«Я думаю, что 1 трлн рублей возможен, если напряженность вокруг Ближнего Востока и Ормуза сохранит нефть дорогой большую часть года. Если же нефть вернется к уровням начала 2026 года, а рубль останется крепким, пополнение будет заметно ниже. С учетом того, что за январь–май нефтегазовые доходы все еще были примерно на 30% ниже прошлого года, триллион выглядит, скорее, верхней границей хорошего сценария, а не гарантией», – полагает собеседник.

Ужесточение бюджетного правила на один доллар в год до 55 долларов к 2030 году должно помочь пополнять ФНБ, а не тратить. Сейчас в бюджете заложена базовая цена нефть 59 долларов за баррель. Если Urals стоит дороже, как сейчас, то все, что выше 59 долларов, должно уходить в резервы, а не на текущие расходы.

«Если Urals будет стоить 70–80 долларов за баррель, бюджетное правило действительно позволит больше откладывать, но если Urals снова уйдет к 50–55 долларам, пополнять будет нечего»,

– говорит Чернов.

А для рубля ужесточение бюджетного правила, по его мнению, скорее, умеренно негативно, потому что Минфин будет больше покупать валюту и золото, но сильного обвала рубля только из-за этого ждать не стоит. Давление будет зависеть от ежедневного объема операций, цен на нефть, импорта и политики ЦБ, полагает эксперт.

«Итогом станет долгосрочное пополнение фонда национального благосостояния при благоприятной конъюнктуре, что в свою очередь может оказывать давление на рубль, так как поступающая экспортная выручка может частично абсорбироваться операциями Минфина. С другой стороны, стоит помнить, что ЦБ проводит операции зеркалирования – действия противоположные действиям Минфина, чтобы снизить влияние бюджетных операций на курс рубля», – отмечает Николай Дудченко, аналитик ФГ «Финам».

Для бюджета это, конечно, плюс. «Более жесткое бюджетное правило снижает зависимость расходов от временно дорогой нефти и восстанавливает ликвидную часть ФНБ. Для рубля это минус, но контролируемый, потому что покупки валюты Минфином будут сглаживать чрезмерное укрепление рубля и частично помогать экспортерам», – считает Чернов.

Для инфляции эффект сложнее, так как слабый рубль может добавить давление через импорт и ожидания, но более жесткий бюджет снижает фискальный импульс, добавляет эксперт.

Для экспортеров такой сценарий выгоден, так как нефтегазовые компании, металлурги, производители удобрений и золотодобытчики выигрывают от более слабого рубля. А вот для компаний с импортными затратами и высокой долговой нагрузкой эффект будет негативным.

Источник - Взгляд .

• • 0
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5